[LINGREIXMASWISH]

Кортни Лав

В 1989 году в клубе «Сатирикон» в Портленде, штат Орегон Курта заметила Кортни Лав. Курт сам подошел к её столику. По его словам, она выглядела, как Нэнси Спанджен, подружка Сида Вишэза из Sex Pistols, которую тот в конце концов зарезал.

Следующая их встреча состоялась в 1991 году на шоу в Лос-Анджелесе, на этот раз их встреча закончилась дракой.

В это время до Кортни доходят слухи о том, что Курт только о ней и говорит. Она решила позвонить ему и после этого они постоянно общаются по телефону. 12 октября, на одном из выступлений группы в Чикаго появилась Кортни, где, по её словам, они первый раз поцеловались. После возвращения Курта из тура он переезжает жить в Лос-Анджелес к Кортни, они постоянно ездят по мотелям и принимают наркотики.

В следующем туре окружающие Курта понимают, что он сидит на героине, и все разом стали обвинять Кортни, хотя Курт возлагал всю вину на себя. Вскоре об увлечении Курта узнала пресса, что злило его особенно сильно.

После ряда туров Курт с Кортни поселяется в квартире в Лос-Анджелесе. По его словам, ему необходим был отдых, чем он и занимался до следующего тура. В основном он принимал лошадиные дозы наркотиков, сочинял музыку, рисовал или смотрел телевизор.

Тогда же Кортни заявляет Курту, что беременна. Это сильно испугало их обоих, потому что они боялись рождения неполноценного ребенка из-за приема наркотиков. Курт даже предложил Кортни сделать аборт, но она отказалась. Курт и Кортни решили избавиться от наркотической зависимости, начали принимать лекарства, прописанные врачём и в результате это у них получилось.

В это время группа решается на тур по Австралии, в самом начале которого у Курта начинаются резкие боли в животе и его отвозят в больницу, где его принимают за обычного наркомана, в результате чего Курт отказывается от помощи и покидает больницу. Он обращается к «рок-доктору», который прописывает ему метадон, и боли проходят.

После турне по Юго-Восточной Азии они отправляются на Гавайи, где Курт и Кортни играют свадьбу, на которую не были приглашены Крис и Шелли, хотя Дэйв был приглашен. Церемонию вела женщина-священник, не принадлежавшая ни к одной церкви. На невесте было старинное платье с кружевами, некогда принадлежавшее Фрэнсис Фармер, голливудской актрисе родом из Сиэттла, которая в 50-е годы была занесена в “черный список” и позднее помещена в психбольницу, а жених был в зеленой пижаме.

Курт опять обращается к героину, пытаясь не затягивать в это Кортни. В это время он много рисует и пишет много песен, но удаляется от группы, что угнетает его.

В скором времени молодая семья в результате обследования узнает, что ребенок родится нормальным, что очень сильно обрадовало Курта.

В группе происходит ссора из-за денег. Курт утверждает, что он испытывает большое давление со стороны общественности и что он пишет практически все песни, поэтому он требует увеличить свою долю в прибыли. Группа была на грани распада, но через неделю был заключен договор, следуя которому Курт получал 75% авторских доходов.

После такого нервного давления Курт решил попробовать ещё раз избавиться от героиновой привязанности с помощью программы “Exodus”, но он продержался только несколько дней, снова начав принимать наркотики. В это время Кортни практически с ним не общалась для того, чтобы не сорваться вместе с ним.

Курт отправляется в тур по скандинавским странам. Во время одного обеда у него произошел приступ, о котором пресса сообщила как о передозировке.

В Испании у Кортни, которая уже была на восьмом месяце беременности, случились небольшие схватки и Курт был вынужден отправить её домой. Дома его ждал неприятный сюрприз. Боясь ограбления, Курт спрятал свою лучшую гитару, а также записные книжки со стихами и набросками песен в ванну, которую затопило сточными водами, и все погибло. Через некоторое время они поселились недалеко от Голливудских Холмов, и Курт начал писать заново.

В августе 1992 года появилась скандальная статья в журнале «Vanity Fair». Летом 1992 года Кортни давала интервью журналистке Линн Хиршберг о творчестве своей группы, но журналистке была интересна личная жизнь Кортни как жены рок-звезды. В своей статье журналистка утверждала, что Кортни принимала наркотики во время беременности. Кортни, прочитав статью, решила лечь в ту же больницу, где лежал Курт, который в это время был очень слаб из-за тех процедур, которые он был вынужден проходить.

Утром 18 августа 1992 года у Кортни начались схватки. Она сама дошла до палаты Курта и позвала его на роды. Курт был под воздействием снотворного, но всё-таки смог прийти в палату, где принимали роды у Кортни.

В 7.48 утра родилась Фрэнсис Вин Кобейн, но Курт так и не увидел рождение дочери, которая родилась совершенно здоровой. Новоявленный отец был без ума от счастья.

Его счастье длилось недолго. Статья в «Vanity Fair» побудила лос-анджелесский Департамент по делам детства возбудить дело о лишении родительских прав у Кортни и Курта. На суде были предъявлены поддельные доказательства, и в результате судья решил передать Френсис под опеку сестры Кортни Джеми, а Курта заставил провести тридцатидневный курс в реабилитационном центре. По словам Курта, в лице их семьи началась «охота на ведьм».

Через день после рождения Фрэнсис Курт уже уехал на концерт в Англию, где группа показала хорошее выступление, не смотря на слухи о распаде группы по причине плохого здоровья лидера.

Ещё через несколько дней началась церемония вручения премий MTV. На этой церемонии Курту пришла идея использовать вместо себя двойника Майкла Джексона при получении премии «За лучший альтернативный видеоклип», но на вручение премии «Лучшему новому артисту» он вышел сам. Вечер закончился перепалкой с Guns'n'Roses, которая чуть не переросла в драку.

Журналистки Виктория Кларк и Брит Коллинз решили написать историю группы, чем заинтересовались Курт и Кортни. Но затем выясняется, что писательницы контактировали с Линн Хиршберг, что очень сильно разозлило Курта и Кортни, которые позвонили Кларк и наговорили кучу угроз на автоответчик. Затем эта история была опубликована в журнале «Select». Скандал попытались замять, но в последствии Курт не отрицал, что это были его слова.