Тогда мы идем к вам!
 

Олеся возвращалась с работы немного раньше обычного. Какое-то странное предчувствие угнетало её. Она торопилась домой. Зайдя во двор, она увидела мужа, моющего свою машину.

«Наконец-то! – подумала она, - наконец-то он её вымоет!». Никто в семье искренне уже не помнил, какого именно цвета, да и марки их машина. Муж умудрялся лишь кончиком ботинка оттереть номерной знак перед выездом. Соседские дети часто писали на боку машины: «Помой меня, я вся чешуся!». Но эти надписи не имели должного эффекта. Всего за одну поездку по весеннему городу любая надпись покрывалась прочным и ровным слоем грязи.

«А сегодня на него как снизошло что-то!» - подумала Олеся. Никакие увещевания о том, чтобы съездить на мойку машин, если уж ему самому в лом мыть, не пробивали мужа, ему было жаль на это денег, всё равно ведь будет грязная. «Ну, не буду отвлекать, пусть моет…», было решила она, как вдруг сердце её ёкнуло, напряглось, а женская интуиция стала вкрадчиво шептать про надвигающийся огромный скандал.

Подойдя ближе, Олесе показалась уж больно знакомой тряпка, которой муж старательно намывал машину. Она потребовала показать, чем это он моет. Муж, отводя глаза в сторону, протянул Олесе свою тряпку, в которой она узнала свою офигительно дорогую белую блузку, что совсем ещё недавно была предметом зависти сотрудниц на работе.

От постепенного осознания того, что ей это не снится, Олеся стала входить в страшное состояние, в судебной практике называемое «состоянием аффекта». Откуда-то в её руке уже оказалась монтировка. Как во сне она замахивается ею на мужа. И тут как по волшебству резко открывается боковая дверка микроавтобуса, припаркованного рядом.

Из микроавтобуса выскочила съёмочная группа и мужик с микрофоном с разбега заорал: «Спасибо Вашему мужу, помог с реквизитом (он указал на бывшую блузку). Вы верите, что бельё может стать белоснежно чистым без кипячения?». Ошарашенная Олеся смогла только выдавить: «Нет!».

Из микроавтобуса показался невероятно раздражённый режиссер: «Сцука! Ты снова свой Шмайд в гримёрке забыл! Вот причесон, сцука, ты навести не забыл, морду свою пидорскую тож накрасил, а пачку взять – фигли! Казёл, ну скока я буду тебе говорить, ну хоть в штаны её пихай, когда на съёмку едем?!», - орал он мужику с микрофоном. «Чем ты, сцука, теперь в камеру тыкать будешь? Чем вы на хате щас стирать будете? Зубным порошком? Уволю нах!»,- к нему подбежали гримёры и стали успокаивать.

«А может ещё дублик?»,- жалобно проскулил ведущий.
«Какой нах дублик? Сворачиваемся! Ещё раз, сцука, ты без бутафории выедешь, удавлю нах!», - сказал режиссер и пошагал к микроавтобусу.
Муж Олеси отошёл от лёгкого шока и постепенно поняв происходящее, спросил у ведущего: «А как же любимая блузка жены? Что теперь делать? Вы ж денег ещё обещали?!». «Забудь…», сказал мужик с микрофоном и поплёлся к машине.

-Милая, передай-ка мне монтировочку!- ласково попросил Олесю муж и добавив – Вы всё ещё кипятите? Тогда мы идем к вам!- направился к съёмочной группе.

Электричка
 

Давненько это было. В те времена, когда народ получил свободу выбора, где им сажать картошку, и москвичи рванули скупать по дешевке брошенные дома в деревнях Тверской, Рязанской, Калужской и других ближних областях.

Купили и мы домик в Тверской губернии. На машину денег не осталось, поэтому добираться приходилось ЖД транспортом. В основном электричками. Ох, что творилось на вокзалах! Не знаю, как сейчас, давно не был.

Ну вот, суббота. Ленинградский вокзал. Народу в ожидании электрички 11.40 на Тверь как комаров на болоте. Огородники, рыбаки, байдарочники, студенты, бомжи, мама не горюй! Мне до Твери, там пересадка и дальше. Затарился я капитально. Велосипед, рюкзак и собака. Не болонка. Дог. Стою и грустно размышляю, как буду со всем этим хозяйством пробиваться в вагон. А ведь еще и посидеть хочется. Ехать-то три с лишним часа только до Твери.

Смотрю, рядом молодая симпатичная мамаша с двумя детьми лет примерно пяти и семи, с чемоданами. Явно не москвичка. Потому что глаза у нее заклинило в распахнутом положении раз и навсегда от впечатлений. Детки трескают мороженое, а мамаша, чувствую, терзается той же мыслью, что и я. Как сесть с этим табором? Ну, я и подкатил к ней с предложением объединить усилия. Я, говорю, возьму рюкзак и мальчика вашего, сяду, место займу, а потом мы с вами уже затащим все остальное.

Сказано - сделано. Сели мы удачно. Занял я крайнее «купе». Народу битком, но желающих нас потеснить особо нет. Ввиду лежащей в проходе догини Даши без намордника.

Коммуникабельные дети за «погладить собаку» быстренько выложили, что едут они в Калашниково (часа полтора от Твери в сторону Питера) к бабушке. Едут из Тюмени, где их доблестный папка продолжает повышать благосостояние семьи добычей нефти и подтянется позже. Ну и зашибись! Мне еще дальше этого Алкашникова, значит, в Твери будем действовать по отработанной схеме. Уже хорошо.

Девочка, младшенькая, по странному совпадению тоже Даша, захотела писать. Мама ей - потерпи. А чего терпеть? Лучше не будет. Идите, говорю, на перрон, и не стесняйтесь. Здесь сейчас как на передовой.

Сходили они удачно, возвращаются. Минуты три до отправления осталось. Слышу - рев. Даша споткнулась и уронила сандалик между перроном и вагоном. Мама говорит - наплевать. А Даша сопли по щекам размазывает: новенькие сандалики, только купили! Ну, ее можно понять.

Выскочила маманя посмотреть, нельзя ли как нибудь сандалик достать, тут-то двери и закрылись. Я в окошко вижу проплывающее мимо изумленное лицо. До-о-олго помнить буду.

Про стоп-кран я даже не думал. Какой смысл? Пока доберешься до него, пока народу объяснишь, - руки оторвут. Едем. Прокачиваю в мозге варианты. «Сойти где-нибудь? А смысл? Сойти и вернуться? И чего? Сдать детей и багаж ментам? Вариант. Но сколько из меня менты душу будут вынимать? И через сколько мама с детьми встретятся? Еще бы знать, что в голове у этой курицы»

Так, про эту ворону без вещей, денег и документов, которая осталась на перроне в Москве, вообще не думать! Сама пусть выпутывается! «Доехать до Твери и оставить детей там? Хорошая мысль. Но где Тверь, там и Калашниково. Я знаю пункт их назначения. И она знает, что я знаю. Если у нее в голове не совсем труха - определится. Решено! Едем до Калашниково!»

Так! Теперь дети. Даша орет. Это нормально. Надо бы их как-то различить, а то откликаются обе. Значит, собака останется Дашей, а эта будет Дарьей. Очень хорошо! Публика окружающая косится и шушукается. Насрать на публику! А вот парнишка, Коля, мне не нравится. Очень спокойный какой-то. Не ревет. Не требует повернуть поезд. Не суетится. Смотрит мне в глаза и говорит: «Дядя! Вы ведь нас не бросите?» О, Боже! Чуть слезу из меня не вышиб.

Много хорошего я про этого пацана про себя потом сказал. Такой сибирский мужичок. Семь лет. Успокоил сестру. Без сюсюканья. Сказал: хватит реветь, та и притихла. Да-а, серьезно в этой семье поставлен вопрос непререкаемости мужского авторитета. Накормил всех нас, четверых, булочками, напоил минералкой. Достал из кармана сумки билеты, документы, деньги, отложенные видимо на дорогу от основной суммы, отдал это все мне и уж окончательно расслабился.

Один раз за всю дорогу я чуть было не смалодушничал. Идет по вагону милицейский патруль. И смотрю, - бабка ряда через три от нас тормозит их и начинает чего-то втирать. На нас косятся. Ну и ладно, думаю. Значит, судьба. А Коля это дело просек и говорит: «Я в милицию не хочу!» Ну а кто ж, сынок, по доброй воле в милицию-то хочет?

Так. «Ваши документы!» Вот наши документы. «Куда следуем?» В Калашниково. «Это ваши дети?» Мент, ты же видишь, что это не мои дети. Я их сопровождаю. «А вот нам гражданка сказала, что у них мать отстала от электрички». Да нет, мать их (иху мать!) нас провожала. (Хорошо, что я не стал дергаться и орать, когда электричка тронулась). Сама осталась в Москве. Будет позже. Ты чего хочешь-то, мент? С вами пройти? Хорошо. Тогда вот бери велосипед, рюкзак, два чемодана, собаку, девочку (не дай Бог разбудишь) и пошли. А сам про себя вспоминаю, есть у нас в УК уже статья о кинднеппинге или нет еще? И тут Коля говорит: «Дядя Андрей, я писать хочу!» Это произвело на ментов впечатление. Почесали они тыквы и свалили. Повел я мальца в тамбур. Чего ж, говорю, ты дяденек милиционеров не любишь? А от них, говорит, пахнет всегда плохо - водкой и носками.

Так. Тверь. Конечная. Чемодан раз, мамина сумка, Даша, чемодан два, Дарья, велосипед, рюкзак, Коля замыкающим. Е-мое! Дарья в одном сандалике. Нехорошо по чужим вещам лазить, а что делать? Коля, ищем обувку. Нашли. «Люди добрыи-и-и-и! Сами мы не местныи-и-и-и! Помогитя, кто чем моге-е-ет! А именно - перебраться на другой перрон, где электричка на Бологое».

Ну, людьми добрыми наше отечество не оскудеет. Лишь бы чемоданы не спиздили. Но я не представляю, кто тут может бегать быстрее Даши. С чемоданом.

Помогли нам три солдата - срочника. Мы отблагодарились сигаретами и пивом. Все довольны. Ура! Едем дальше!!!

Калашниково. Хорошо, что мы озаботились сесть в первый вагон. Так! Коля, вперед! Тормози локомотив, что б нам сгрузиться успеть. Ну, до чего толковый пацан, а?! Дарья, мамина сумка, велосипед, рюкзак, чемодан раз, чемодан два, Даша последней, у нее, если что, телефон и адрес на медальоне выбит, а в обиду она себя не даст. Все!!! Коля! Отпускай паровоз!

Сели на травке. Чувствую, - устали все. Я и сам бы прилег и задремал. Часов шесть уже в дороге. А сколько они еще от своей Тюмени ехали? Так! Не ныть! Я капитан этого непотопляемого судна. Коля - боцман. Дарья будет штурманом. Даша - лоцманом. Понюхает Дарьину ножку и приведет нас прямо к бабушке. Всем молчать! Капитан думать будет.

А чего думать? Два варианта. Сидеть и ждать маму-ворону. Раз. И попробовать найти бабку. Два. А как? Двинуться со всем скарбом и спрашивать у каждого, не живут ли внуки в Тюмени? Не такое уж и большое это Калашниково. Тыщь пять населения. За неделю управимся.

Так! Экипаж, слушай мою команду! Боцман пойдет и найдет мне кусок мела, известки, или на худой конец кирпича. Штурман завязывает лоцману бантики на всех местах. Лоцман это терпит и бдительно охраняет такелаж. Капитан уходит в разведку.

Через пятнадцать минут я знал, где живет бабушка. А так же с кем, какую держит скотину, что сегодня с утра топила баню, а Пашке ейному на прошлой неделе набили рожу. И правильно.

Вечером, когда мы сидели в летней кухне и уплетали клубнику с молоком, прижимая к груди сандалик появилась мама-ворона. От нее за версту пахло валидолом, корвалолом и настойкой валерианы.

Потом она сказала, что нисколечко не волновалась. Почему-то сразу решила, что я порядочный человек, детей никуда не сдам и довезу их до Калашниково. И заплакала один раз всего только. Когда, подъезжая к Калашниково, увидела огромную надпись во весь перрон кирпичом по асфальту:
«МАМА!!! МЫ УШЛИ ИСКАТЬ БАБУШКУ!!!»

:28: супер просто!!!!! Аж слезу проронила и насмеялась!!!!!!

Радио-ляпы
 

В эфире звучит шапка рубрики "Курс Валют" после чего ведущий серьезным тоном вещает: А сейчас информация для деловых рублей..., после этих слов в эфире раздается дикий смех, через 3-и секунды безобразие прерывается джинглом станции.

11-е сентября 2001 года телевидение и радио наполнено падающими самолетами. Город Вятка, эфирная студия "Радио Мария".
DJ - молоденькая девочка, запаренная необходимостью через каждые 10-15 минут выходить в эфир с аршинными типа горячими новостями из полуразрушенного NY, после очередного выхода щелкает мышкой по заставке, автоматом (не глядя) втыкает песню, которая по плей-листу...
и через десять секунд валяется в шоке
из приемника:
"... Гуд Бай, Америка, о-о-о..."

Реальная история произошедшая с ведущей "радио 7 на семи холмах в Самаре". Ведущая начинает читать прогноз погоды в прямом эфире. -"И так на сегодня 17 ноибля... ой...бля... в смысле не ноибля а ноября...(далее смех и песня, без прогноза со спонсором)

Ведущая детской программы на радио приходит с Великого бодуна и длительного трахания на работу и пытается сосредоточиться в студии, перед прямым эфиром.
Начинается программа, она собирается и выдает в эфир следующее:
- Толстый день, детишки... , ой извините... добрый хуй!

На одной из брянских радиостанций новостница отбомбила выпуск, где последней была местная новость типа: "Вчера на трассе А-Б был сбит нафиг велосипедист, нарушивший ПДД и т.д., ну скончался, все дела...", прощается, и после короткого джингла 107.6FM заряжает ремиксик: "Я буду долго гнать велосипед, в глухих лугах..." и далее по тексту. Далее овации, и звонки возмущённых слушателей - день прошёл не зря!

Не совсем про радио, но...
Советские времена, единственный телеканал, новости. В студии ... Кириллов, по моему... Во время прямого эфира внезапно декорации (из дерева, картона и бумаги) падают. Ну Кириллов, как настоящий диктор, не смущается и продолжает выпуск. Во время репортажа декорации восстанавливают и все-бы ничего, да диктор в конце выпуска новостей, прощаясь, говорит такую фразу:
- ... и желаю вам, чтобы у вас никогда не падало то, что должно стоять!

Случай из жизни - принимаю звонок, парняга передает приветы и т д.. Попрощались уже, я завершаю все это дело фразой - "А далее прозвучит песня "Глупые Люди" команды Хай-Фай для ваших друзей.."

Достали:-)
 

Реальное письмо руководителя проекта в компании, занимающейся программированием — все другие способы достучаться до коллектива не сработали…

Господа,
тот, кто уходит из комнаты последним ОБЯЗАН выключить свет, вентиляторыи закрыть окна.
Как определить, что ты последний:
- в комнате больше никого нет
- с тобой все попрощались
- соседи не отзываются

Как определить, что горит свет:
- посмотреть на потолок
- перевести взгляд с монитора на клавиатуру
- пощелкать выключатель

Как определить, что включен вентилятор:
- дует
- вращается пропеллер
- сунуть палец (не рекомендуется)

Как определить, что открыто окно:
- с улицы слышны звуки
- дует
- свежий (несвежий) воздух
- высунуться (несильно)

Если что не учел, пишите в конференцию.

Плохой денек...
 

- Ало! Добрый вечер, а Машу можно?
- А ее нет. А кто спрашивает?
- Да это знакомый. Ладно извините. ОЙ, а она будет сегодня?
- Нет, она за город уехала.
- Угу… Ну до свидания.

- Здрасьте, а Лена дома?
- Здрасьте, щас. Ленаааааааааа!
Лееееен? Трубку возьми!.. Взяла?
Леееееееен? Взяла? Ага, я ложу!
- Да ало.
- Привет Лен!
- О, блин, привет! Ты че это?
- Да вот че-то… Вспомнил. Дай, думаю, позвоню.
- Я польщена! Чего хотел?
- Да скучно что-то! Ты как сегодня? Время есть? Может, увидимся? Я подъеду?
- Слушай, заяц, я у тебя в записной книжке на какую букву? На «л», или по фамилии на «г»?
- На «л», а что?
- А я там какая по счету? А?
- Лена, ты там первая и единственная!
- Во, блин, узнаю знакомые нотки в голосе. Больше некого сегодня, кроме меня, да?
- Слушай, я правда очень хочу увидеться. Соскучился!
- Слушай, я тебе не верю, честное слово. Не нужно, а? Не разочаровывай меня окончательно, ок?
- У тебя ничего не случилось? Может я не вовремя? Не узнаю тебя.
- Ничего не случилось! Ой, давай закончим этот разговор. Я занята, я люблю другого, и не звони больше, ок?
- Ок!

- Але, Марина?
- Нет не Марина!
- А кто?
- Ее сестра в пальто!
- Тьфу ты, Аня, ну у вас и голоса похожи. Не отличишь. Марина то дома?
- Неа, к ебарю своему уехала в Москву?
- К кому??? Тебя кто таким словам научил, маленькая моя?
- В школе! Хи хи хи… А ты куда пропал? Не звонишь не пишешь.
- Да все дела, дела. А она надолго уехала?
- А хуй знает. Слушай, а я по тебе скучала и скучаю.
- Гм… Ань, малышка.
- Какая, блять, малышка? Мне уже 15 между прочим. Понял?
- Мдя… Время летит… Большая стала. А я ведь тебя на ручках носил когда-то.
- Да пошел ты!
- Ладно, ладно, не заводись. Слушай, как приедет пусть звякнет мне, ок?
- Ок! Может заедешь, а?
- Куда???
- Ко мне! Я тут с подружкой напиваюсь самогоном! А? Подружка красивая!
- Гм… Ань, не думаю, что это хорошая затея!
- Ну и вали тогда.
- Ань, Аня… але? Ань…

- Здравствуйте Татьяна Михайловна!
- Здравствуйте и вам!
- А Наташа дома?
- А Наташа дома!
- А можно ли ей как-нибудь трубку в руки передать?
- А вы кто, простите?
- Татьяна Михайловна! Это я N!
- Знаешь что, яхонтовый мой! Наташа спит! Понял?
- Понял!
- А по-моему не понял! Еще раз позвонишь ей - голову откручу! Теперь понял?
- Понял, Татьяна Михайловна, больше не позвоню!
- Умница, здоровья тебе крепкого!
- И вам не хворать!

- Анечка, привет пусик мой!
- Мммм привет…
- Ты чего, кушаешь что ли?
- Ага, что-то на меня жрачка напала!
- Ань, хочу тебя сильно!
- Гы гы гы… Сильно?
- Очень!
- Я тоже! Только у меня сегодня первомай.
- Это кто?
- Гы гы гы… красный день календаря! Месячные у меня!
- Ну вот. А я думал потрахаемся!
- Да можешь заехать, я тебе пососу! Гы гы гы…
- Да нет уж, подожду.
- Ну ты козел, все таки!
- Ага, знаю! Ладно, Ань, я собственно, узнать как дела у тебя! Пока!
- Да я так и поняла, пока!

- Диночка?
- Ты что ли?
- Да я! Ты прости, что я так …
- Пошел на х*й, урод…

- Але!
- Здравствуйте, а Катю можно?
- А ты кто?
- Друг.
- Какой нах друг?
- Надежный! Так дома или нет Катя?
- Слыш ты! Ты кто такой? Друг бля!
- А ты кто такой?
- Я кто такой? Я живу с ней, блять!
- А, ну ладно, извини.
- Какой, нах извини, бля! Ты кто? Я тебя знаю? А?
- Не думаю, ладно пока!
- Какой нах пока!? Я тебе е*ало набью, ты понял? А?
- Нет не понял! Каким образом?
- Ну все, бля! Тебе пи*дец! Ты понял? Тебе пи*дец. Жди гостей нах блять!
- Ок, я пока пельменей наварю.

- Светик?
- Да, сладкий мой!
- Чего делаешь?
- Спатки ложусь! Устала сегодня, ужас как!
- Девочка моя, В кроватке лежишь? Голенькая?
- Да! Набегалась сегодня по городу. Сил нет никаких.
- Может я приеду взбодрить тебя?
- Ой нет, давай завтра, а?
- Давай сегодня, а?
- Ну.. нет… устала… правда…
- Свет!?
- Ну потерпи до завтра, я правда, никакущая!
- Я приеду, сказку тебе прочитаю на сон грядущий, массажик там… еще чего-нибудь. А?
- Котик мой, спать хочу, не могу. И выгляжу плохо. Давай завтра? А? Ну давай завтра! Не мучай меня.
- Ладно, киса, спокойной ночки тебе.
- И тебе! Пока!

- Добрый вечер, а Алена дома?
- Кто?
- Алена!
- Какая Алена?
- Такая вся прям красивая красивая!
- Вы наверное ошиблись номером! Это квартира!
- Какая квартира?
- Чего?
- Какая квартира?
- Квартира как квартира!
- Ну, подробней. Расскажите, какая она! Сколько комнат? Есть ли ванна? Как с канализацией дела?
- А зачем это вам?
- Да незачем бабушка, спите! Всего доброго!

- Але Ирина?
- Нет, сейчас! Ирина, тебя!
- Да!
- Ир привет, это N!

- Кто? - Ну мы с тобой месяца два назад в пабе познакомились, ты мне свой телефон дала.
- Да? Ну ты бы еще через год позвонил! Ты рыжий такой да?
- Нет не рыжий!
- Ой погоди минутку…
- Ок!
***
- Але, ну и чего?
- Давай куда-нибудь двинемся сегодня? В клуб!
- Неа не могу! Машка мне педикюр делает! Завтра звони!
- Ок пока!

- Серега привет!
- О, привет братан!
- Блин, денек сегодня ужасный! Голова болит! И люди какие-то еб*нутые немножко!
- Дак сегодня магнитные бури, причем мощные, таких небывало!
- Может напиться сегодня? Ты как?
- Я за, ты же меня знаешь!
- Ну все щас подъеду!
- Давай дружище, жду!

Что делать со спортивными звездами
 

Звезды горят ярко, но недолго. Особенно звезды спортивные - все-таки возраст делает свое поганое дело и им приходится вешать на крючки ракетки, плавки, ставить в угол клюшки и класть на полки мячи. Кем же они могут стать после окончания своей спортивной карьеры?
Мария Шарапова. Тут вариантов немного. Самый оптимальный - идти в порноиндустрию. Но не сниматься, а озвучивать. Ибо ТАКИЕ стоны доведут до исступления любого любителя клубнички.
Алина Кабаева. Вариантов вообще децл. И все в цирке. Первая вакансия - повелительница змеи. А что? К ленте она уже привыкла, пусть теперь змеи к ней привыкают. Вторая вакансия - девочка на шаре. Неважно, что шар больше привычного раз в десять, мама всегда говорила, что размер - не главное. Ну третья вакансия совсем простенькая - пусть билеты в фойе проверяет.

Сергей Бубка. Тут вариант вообще только один. Мужской стриптиз. Ему будет очень легко - всю жизнь на шесте все-таки.
Любой футболист сборной России сможет легко сделать отличную карьеру в кондитерском цехе. Так мазать не научат нигде, кроме как в российском футболе!
Роман Усов (один из лучших российских бегунов на дистанцию 3000 метров) наверняка найдет себя в службе курьеров.
Алексей Немов может попробовать поработать в качестве управляющего конюшней. К коням он привычен, а козлы нас и так постоянно окружают.
Братья Кличко. С ними все ясно сразу же. Политика. Даже были попытки избираться на пост мера Киева. Победы не достигли, потому что избирался только один. А любой младенец знает, что настоящая сила - когда два в одном. Попытка не пытка, но на этот раз предлагаю начинать с малого - попробовать избраться мером Киевского вокзала в Москве, например.
Михаэль Шумахер (это гонщик такой). Все знают про мировые чемпионаты по компьютерным играм? Думаю, что у Михаэля не будет равных в игрушке "Формула 1". Все призы - его, однозначно. Ну а потом можно и в Дум порвать.
Ну и наконец Евгений Плющенко. Я придумал отличную работу. Зимой пусть Женя берет коньки и на замерзший пруд. А там три двойных тулупа - и готова свежая лунка. Рыбаки будут в восторге.

Жизнеутверждающе
 

Парень лет восемнадцати шел по парку. Он слегка приволакивал обе ноги, отчего его походка выглядела немного странно. Но спина его была ровной, шаг – уверенный, взгляд прямой и твердый. На длинном поводке он держал собаку. Она была очень старой, это было заметно и по ее медленной неуверенной походке, и по седой шерсти, и по слезящимся глазам. Они шли рядом, и сразу было видно, что они вместе.

***

- Мам! Смотри, собака! – звонкий детский голос разорвал привычный гул большого города. – Можно я отдам ей свой бутерброд?
Мила тяжело вздохнула. Опять начинается. Димка уже замучил ее просьбой купить собаку. Прямо Малыш и Карлсон какой-то. Но Мила категорически была против. Сначала бесконечные лужи, потом шерсть… К тому же она прекрасно понимала, что все заботы о собаке – прогулки, кормежки, прививки и прочее – лягут на ее плечи. Димка был еще слишком мал, чтобы мог ухаживать за другим живым существом.
- Димка, ты же знаешь, за собакой некому ухаживать. Я целыми днями на работе, ты в школе, к тому же ты еще слишком маленький.
- А папа?
- А папа, - тут голос Милы предательски дрогнул, к счастью, Димка в силу возраста еще не мог обратить на это внимание, - а папе некогда приезжать к нам, чтобы гулять с собакой.
Димка насупился. Мила, снова вздохнув, достала из пакета бутерброд, припасенный на тот случай, если Димка проголодается во время прогулки, и отдала сыну. Мальчик подошел к лежащему псу и аккуратно положил рядом с его мордой кусок хлеба с колбасой.

***

Пес был уже очень старый. Он просто лежал на траве парка и ждал, когда же наконец погаснет этот яркий свет, который так раздражал его воспаленные глаза. Неожиданно перед ним возник маленький человечек. Он протянул кусочек чего-то очень вкусно пахнущего. Пес бережно взял угощение и благодарно лизнул сладко пахнущую ладошку. Мальчик отбежал и ушел, все время оглядываясь. Псу вдруг стало очень тепло. Он прикрыл глаза и уснул. Навсегда.

***

Через несколько дней Мила вышла с Димкой погулять на детскую площадку. Дети резвились, шумели, гонялись друг за другом, катались с горки. Димка тоже бегал со всеми, радостно смеясь. Он полез на турник. Мила хотела его остановить, но не успела. Димка сорвался вниз, нелепо шлепнулся и не смог встать.

Спустя три месяца почерневшая от горя Мила привезла Димку домой. В инвалидном кресле. Врачи допускали, что еще не все потеряно, но поверить в это было сложно. Скорее всего Димка уже не сможет ходить никогда. И Димка… в кресле… серьезный и тихий, даже в свои восемь лет понимающий, что случилось что-то очень плохое… Он уже не плакал и не боялся…

***

Мила вкатила коляску в коридор.
Вздохнула.
И открыла дверь в соседнюю комнату.
Оттуда, смешно переваливаясь на коротких кривоватых лапках, выполз мохнатый рыжий щенок. Он забавно морщил мордочку и тыкался во все мокрым черным носом.

- Димка, - как сумев строго сказала Мила, - ты обещал, что будешь воспитывать собаку сам. Пришло время сдержать обещание.

***

Через полгода Димка встал из кресла. Он очень быстро уставал и садился обратно, но он мог сделать несколько шагов. А еще через пару месяцев он сам пошел гулять со щенком (теперь уже взрослым псом), названным смешным и непонятным именем Бендик. Димка очень медленно шел, держась за руку Милы, неуверенно переступая ногами. Но шел. Сам.

***

Прошло 10 лет. Бендик постарел, и уже сам с трудом передвигал лапы. А Димка, теперь уже Дима, шел рядом с ним, готовый, если что, подхватить его. И Дима знал, что этой собаке он обязан тем, что идет.

Они шли рядом. Молодой прихрамывающий парень и старый пес. И им было хорошо вместе.

Женщина в офисе
 

День не обещал быть приятным, хотя бы по тому, что липкая, как смола, духота не покидала город даже ночью. Пробуждение утром было похоже, чем-то на выход из-под наркоза. Лишь только наличие кондера в офисе заставило устремить туда свое, измотанное круглосуточной жарой, тело.
Вошедшее в привычку, дежурное, «всем здрасте». Нескончаемое рукопожатие на протяжении трех этажей офиса было сродни чем-то восхождению на «Эверест», финалом чему было размещение свого зада в кресле начальника отдела продаж. Бонусом же за этот маленький утренний подвиг была банка ананасового сока, заботливо припасенного в холодильнике дальновидной Лилей еще с вечера. Лиля, выполняя функции секретаря у моего шефа, никогда не теряла возможность уделить мне внимание сверх своих должностных обязанностей (благо кабинеты мой и шефа были рядом). Её забота выражалась не в количестве чашек кофе, участливых вопросах о здоровье и недвусмысленных комплиментах, а в своевременности этих процедур. В тот момент, когда первая часть холодного субстрата с ананасовым мотивом пыталась проникнуть в организм, в дверь кабинета просунулась Лилина голова и виновато произнесла:
- Там, к вам уже…., поличному…

Заглатывая залпом остатки сока, и кивая головой, я «угукнул» в стакан.
Моё любопытство оставалось неудовлетворенным очень недолго, потому как сразу после исчезновения Лилиной головы, вошло тело, принадлежавшее молоденькой девушке Люсе, недавно работающей у нас в отделе маркетинга, после окончания института. «ЛюсИ в небе с алмазами» - вспомнилось название одной из песен «Роллингов». Внешность её, действительно, всегда притягивала к себе взгляды даже самых верных мужей, не говоря уже об остальных - там было на что посмотреть. Утерев в душе скупую мужскую слюну, я тоже не смог удержаться и направил свой взгляд от самых коленок, через грудь до смазливого личика, придав взгляду вопросительную форму. Поймав его на себе, она поступила так, как поступают дети, когда начинают канючить у родителей, что-либо в свою пользу – сложила губы трубочкой и невинным голосом пролепетала:
- Отпустите меня, пожалуйста, домой…
-???
Поднявшиеся до упора брови сдвинули большую часть скальпа на затылок. В голове как в муравейнике закопошились мысли-муравьи, в попытке найти предлог сей просьбе.
- Ну, у меня, в общем, это… ну я даже не знаю, как сказать….-Её ресницы стали быстро отхлопывать морзянку: три коротких, три длинных, три коротких, а уголки рта опустились вниз, предательски вытолкнув нижнюю губу. Мое участливое «угу-угу» попыталось развеять слезные тучи над «Эверестом». Результат превзошел все мои ожидания:
- У меня…у меня ёжик разбил нос.-Почти шепотом и скороговоркой, куда-то в пол проговорила она. Взор её был направлен туда же, поэтому ей не удалось увидеть, как брови поднялись на рекордную высоту. Мозг замер на пару секунд, но удивление выдала, падающая на грудь, челюсть.
- Та-а-ак??
-Я поэтому не могу работать, я не готова, мне надо домой…
Я представил себе бегущего ёжика, бегущего без задней мысли о препятствии на его пути. Как новенькое авто на краш-тесте, несущееся в замедленном воспроизведении в бетонный куб.
- Сильно?
- Что сильно?
- Ну, разбил?
- Вы меня не так поняли.- Заламывая свои хрупкие ручки с почти двадцатимиллиметровым маникюром, отрезала Люся.
Картинки с ёжиком в режиме реверса стали перелистываться к исходной позиции.
- Родственники приехали из «Красного передовика», на праздники. – Еще более загадочно прозвучал Люсин голос.
К этому моменту все её доводы стали напоминать мне набор откарячек для увиливания от работы, Что вылилось во фразу следующего содержания:
- Люся, какой ежик, какие родственники, какой передовик, какие праздники???
- Ну, такие вот праздники, женские. Вот. – Выдохнула она.
Ответ был настолько явным и прямым, что сердце как рефери на ринге начало отсчитывать нокдаун.
Теперь я представил себе совсем другого ёжика, с совсем другим носом и вытекающие из этой ситуации последствия.
Господи! ну какое же богатое воображение у людей!
Из нокдауна вывел всплывший из закоулков памяти анекдот про «серую полевую мышь, убитую топором в спину». А Люся, Люсе я разрешил подлечить нос ежику дома, но только до обеда. Безграничная Люсина благодарность выразилось все той же азбукой морзе. Но словами она смогла сказать лишь «спасибо» и «извините», набрав полную девичью грудь воздуха, который выдохнула она, уже идя по коридору.
Начинался день ёжика…

Один день с блондинкой!
 

На работе я хожу курить с девчонкой (коллегой), блондинка такая симпатичная, высокая, весёлая и т.д.

8.00. Первый закур в начале рабочего дня
Гляжу на неё, уставшая, синяки под глазами, говорю:
— Чё какая помятая?
Она:
— И не спрашивай… я даже ходить не могу!
Я:
— :) гы гы гы :)
Она:
— Да чё ты смеёшься!!! ты не то подумал!…
Я ржу :)
Она продолжает:
— Я не пила!!!
Я:
— ээээ …(в небольшом замешательстве) — а я и не это подумал… гы гы гы :)(продолжаю смеяться)
Она — соображает…(она блондинка, не забыли?) — не въехав про что я, выдаёт:
— Уж не знаю про что ты, но я вчера весь вечер, грядки полола!
Я:
— :) :) :) ржу, расходимся по рабочим местам..

9.00 — второй перекур
Она, видать, думала весь час, о чём я смеялся:
— Слушай.. а чё ты смеялся? Чё я сказала такого?
Я, ладно думаю, объясню :
— Ну… что ходить не можешь.. гы гы гы :)
Она:
— А чё здесь смешного?…
И тут я понял, что объяснять бесполезно… говорю:
— Всё с тобой понятно… тыж блондинка, забей…
Она:
— Ну, началось… я не совсем блондинка, вот смотри у меня на руке чёрные волосы (показывает правую руку) и на другой руке, и … тут я её перебиваю:
— Дальше не продолжай!!! гы гы гы :) и смеюсь
Она опять в непонятках:
— Что дальше не продолжать? Что опять ржошь!!!
Я делаю последнюю попытку разбудить в ней МОСК:
— Где ещё волосы растут, ёпт!!!!
Она:
— эээ на ногах… (совершенно серьёзно… может в других местах она сбрила :) )
Тут у меня не выдерживают нервы, я ржу, и прогоняю её работать :)

Тот же день, перекур после обеда. 13.00
Говорим о машинах, собаках. И она рассказывает историю о том, как её собака выпрыгнула на ходу из окошка автомобиля.
Я:
— Ну и как? Разбилась в лепёшку? Как ты её потом собирала или скатывала? :)
Она:
— Неее, как же она разобьётся, она у меня на поводке! Я её потом прям через форточку за поводок и затянула в салон.
:) :) :)

Тот же день, перекур в 14.00.
У ней машина разбилась, надо звать мента, чтобы бумажку какую-то подписал.
Она должна была с ним встретиться и попросить, чтоб к ним приехал, машина-то уже не может :).
До обеда она была в джинсах, после обеда в юбке. :)
Стоим курим. Идёт ещё один парень, замечает перемены в ней, и спрашивает, чё мол, ты переоделась то?
Я: — Она готовиться к встрече…
ОНА перебивает, боится, что опять её подколю:
— Да, я готовлюсь к встрече с органами…. (я в истерике повисаю на перилах) … внутренних дел.
Но этих слов я уже не слышу… я ржу…. :)

Конец рабочего дня. Последний перекур. 15.36.
Она собралась ехать на природу, но на выходные обещают дожди.
Она говорит:
— Вот дожди идут, блин, как спать то будем под дождём, все промокнем.
Я молчу… чё мешать то, сама чёнить сморозит…
Она:
— Я придумала! Надо будет взять надувной матрас, тагда не промокнем!
Ржу, представляя какую часть тела она собирается закрывать матрасом :)
Настоящая логика блондинки… нет бы голову прикрыть от дождя… так она думает, чё бы под зад подложить. :)
Я говорю:
— Твои высказывания уже в инете лежат. :)
Она делает попытку мня пиннуть, но юбка не даёт ноге высоко подняться. :)
Она:
— Вот возьмусь и напишу инструкцию, как вас мужиков соблазнять!
Я:
— До конца работы осталось 10 минут, не успеешь! (Думаю про её богатый опыт, и получившийся в итоге мыльный роман)
Она:
— Не волнуйся, я успею! Там всего несколько пунктов!
Я: — Один? Лечь на матрас? :)
Она злится и убегает.
:)
Я добиваю LM… Да… день пропал не зря… :)
Вывод: блондинки это не легенда, не сказка, не мистика — это правда!
Весь МОСК ушёл в симпатичность!
Вот такая история :)

Неожиданное продолжение.
Такое чувство, что у них (блондинок) обострение какое-то :)
Этот же день, тобишь сегодня.
Возвращаюсь домой, ещё не отошёл от дневных приколов (представляю как она в форточку свою таксу затягивает, колбаса такая болтается :) ),
Едем в буржуйском автобусе, без форточек, тока два дупла в потолке.
Заходит блондинка (уже другая :) ) и её подруга (тоже блондинка, но крашеная).
Садятся.
Жарко, душно.
Блондинка начинает трещать что, мол, такие дурацкие автобусы делают, без форточек.
Едем минут 15-ть, она не успокаивается.
Мужик не выдерживает и говорит, что, мол, такой буржуи c@ки продали.
Она сидит, думает… морщит лобик, крутит глазками (ну все видели, как они думают :) )и выдаёт:
— Ну, вот есть же зимние шины и летние, вот пусть тогда и автобусы делают зимние и летние!
И через секунду:
— А летние пусть будут без крыши!
Мужики вокруг начинают гоготать :)
Подруга замечает это и говорит:
— Дура ты, а как же если дождь пойдёт?
Блондинка лепит с ходу:
— А у меня зонтик есть!!!
Мужики разом повисли на поручнях и ржали!
Я сидел, и только поэтому не упал :)
Представьте себе автобус кабриолет с толпой блондинок с зонтиками! :)
Гы :)
Как 5-ти летний ребёнок… ей богу… :)
К слову, девке на вскидку лет 20-25.
Блондинка, однако…

Железнодорожные забавы
 

Петрович, всю свою сознательную жизнь проработав машинистом пригородных электропоездов, даже водку пил по-особому, по железнодорожному, наливая всегда ровно 2/3 гранёного стакана (а другой посуды он и не признавал), и употреблял оный напиток нарочито медленно, со смаком, растягивая удовольствие, как будто это был последний стакан в его жизни. Хотя при этом, он всегда приговаривал: “Э-э-э-х, дай бог, не последнюю!”. Но те, кто имел неосторожность пить с Петровичем, до “последней”, как правило, не дотягивали, отрубаясь гораздо раньше.

Однажды я спросил у него, как это удаётся ему так бухать, а на следующий день, перед выходом на линию, успешно проходить медкомиссию, на что он мне ответил:

- Обычно, я с утра, как встану – а до смены два часа ещё, ёбну грамм этак 40-50, ну, и сразу зажру чем-нибудь. Ведь перегар – он страшен чем? А тем, что он вчерашний. А свежак – он уже не так пахнет. Уже, вроде и не перегар. Да потом, я, когда врачихе в трубку дышу, я ж ведь не дурак, я воздух в себя втягиваю, а не в прибор выдыхаю.

- И чего, не боишься, что когда-нибудь за жопу тебя возьмут?

- Нет, не боюсь. Ведь главное – что? Главное – знать, в какой момент надо боятся, а в какой – не надо. Вот послушай лучше, одну историю. Едим мы как-то по одному тупику, не далеко от вокзала, состав перегоняем. Едем тихо, потому как скорость локомотива на маневровом ходу не больше 5 км/ч, и причём, идёт он практически бесшумно. И тут впереди бомжара чешет. А кстати сказать, бомжей там в то время было дахуя, больше чем самих поездов: вокзал-то рядом. А бомжара чешет себе спокойно впереди нас прямо по путям, и, естественно, тихо подкрадывающегося к нему сзади поезда, не слышит. Ну, и решил я типа пошутить. А хуле, скучно ведь целый день алкашей всяких возить туда сюда. И вот, когда до этого бомжа оставалось метров пять или шесть, я помощнику своему и говорю : “смотри, типа, чё сейчас будит”. Педаль нажимаю, и ка-а-а-ак сигналом хуйну! Дальше – картина маслом. Реакция бомжа на эту невинную забаву была примерно следующая: на секунду он присел на корточки, видимо, вообразил себе, что на него сзади поезд несётся, хуй знает с какой скоростью. Не знаю, дристал он в этот момент или нет, из кабины этого не слышно и не видно. А потом, как заправский гимнаст, он вдруг ка-а-а-ак сиганёт в сторону, прям такой нивротибический кульбит получился, достойным завершением которого стал чувствительный контакт тела с каким то путевым релейным шкафом, их там вдоль полотна дахуя стояло. К счастью, всё закончилось благополучно: рваная и засранная бомжовская телогрейка, видимо смягчила удар. Уж не знаю, как он отреагировал на дикий ржач, доносящейся из кабины проходящего мимо него поезда, но слов, сказанных им по этому поводу, мы с помощником уже не услышали.

- Да – говорю я Петровичу – уж если не обосрался, так обоссался то он точно!

- Ну хуй его знает, хотя от этого суть то не меняется. Обоссаться-то ведь тоже не вовремя можно. Вот был у меня случай один. Захотел однажды мой помощник поссать. А как ссут машинисты, я тебе рассказывал, наверное. Открывают в своём тамбуре боковую дверь, и, прямо на ходу… Ну так вот. А помощник мой, придурок, пока за городом ехали, мимо лесов да полей, ссать естественно не хотел. А как к городу стали подъезжать – тут-то блять ему и приспичило. А город – это ведь сам понимаешь, цивилизация там блять, культура, хуё-маё… В общем, с голым хуем в дверях не особо постоишь. И вот, едим мы, значит, и подъезжаем к реке, а за рекой – уже платформа, и сам город начинается. Тут я ему и говорю, мол, давай, быстрее, пока мост не проехали. Он, понятное дело, побежал, да ещё в ту дверь, что с моей стороны была. И тут – вот ведь сука такая – то ли ветер над рекой не туда дул, то ли восходящие потоки, там, блять, какие-нибудь… Хуй его знает. Да только, мало того, что на лобовое стекло всё это попало – то что поезд с обоссанной мордой к платформе подъедит – мне, в принципе, похуй. Так ведь, сука такая, он ещё и в форточку мне умудрился набрызгать, гадина!

Много чего ещё мне рассказывал Петрович. Только не помню я всего. Потому как, я же не железнодорожник, вот и отрубился рано.

©AlcoBiker

Про вещи:-)
 

Был обычный сентябрьский вечер, и ничего не предвещало беды. Щётка привычно стояла в желтом стаканчике и рассказывала ему какие-то глупые пустые истории, а он слушал и молчал. Но именно в тот вечер случилось то, что на долгое время лишило щётку покоя. Вернувшись с работы, хозяйка принесла его.

Статный, новый и красивый. Символ силы и величия возвышался на стиральной машинке. Увидев его, щётка чуть не лишилась дара речи, все щетинки встали дыбом от зависти. На несколько минут ванная комната погрузилась в безмолвие, которое прервал возглас шокированной щётки:

- Ну чего разулыбался! Было бы чем хвастаться! И получше видали!.. Чего молчишь, или с нами Вам гордость Ваша общаться не позволяет?

Щётка нарочно делала ударение на словах "Вам" и "Ваша", пытаясь задеть собеседника. Разговора не получилось. Фалоиммитатор стоял в горделивом молчании.

Щётка не могла смотреть на довольное лицо хозяйки, возвращающей ненавистного соседа на место. Несколько дней она удерживала себя от разговора с ним, но после очередного возвращения на стиральную машинку щётке удалась короткая беседа:

- Ну как?

- Восхитительно!

Щётка меняется в цвете с белого на красный:

- Нет, вы послушайте его - "восхитительно"! Вот же зараза!

Фалоиммитатор замер в сияющей самодовольной улыбке. Так прошел ещё один день. В следующий раз инициативу разговора взял на себя он:

- Это мне стоило бы завидовать. Тобой она пользуется дважды в день, а мной даже и не ежедневно.

- Да пошел ты!

- Ты приносишь ей пользу. А я так - бесполезная игрушка.

- Был бы бесполезным, давно бы тебя уже выкинули!

- И выкинет. Вот появится у неё нормальный мужик, и гнить мне на помойке. А хозяйка у нас симпатяга, так что мой век короток.

- Ой, запребеднялся! Можт тебя пожалеть ещё?!

- Я не понимаю твой зависти! Мы ведь абсолютно на равных правах! И обязанности у нас схожие, и ты и я имеем доступ к её телу, только в разное время и через разные пути.

- Ты приносишь ей удовольствие, а я тупо предотвращаю кариес! Поэтому и завидую...

- Я всё бы отдал, чтобы приносить людям хоть какую-то практическую пользу. Пусть хоть орехи бьют! Как я устал от этого бесцельного существования!

- Каждому своё! Думаете, я доволен своей жизнью? Думаете, не хотелось мне быть вместилищем вина для уст Диогена, или подносить чернила перу Гёте! Почему не стою я на пышных столах, а вынужден держать эту болтливую неудачницу! - выпалил желтый стаканчик.

И снова ванную заволокло молчание. На лицах всех троих читалась грусть и безысходность. Как может изменить свою судьбу, находящуюся в чужих руках, безвольная вещица, созданная для удовлетворения хозяйских потребностей.

- А мне нравится! - буркнула из под ванны старая клизма

Лучшая подруга
 

- Знаешь, милый, - зевнула Ленка, - мне совсем не нравится Юлька. Странная она какая-то.
- Что не так? – промычал Борис, шаря под одеялом в поисках Ленкиной ноги.
- Как не позвоню ей, все время занята. Боря! – Ленка оттолкнула руку мужа, - я с тобой о высоком, а у тебя все мысли о ебле.
- Ну, Ле-е-ен, - заканючил он, - сколько можно-то уже? Давай потрахаемся, а потом уже о Юльке поговорим. Смотри, - он приподнял одеяло, - мой дружок уже готов.
- Пошел на хер вместе со своим дружком. Нужно что-то делать.
- С кем? – не понял Борис.
- С Юлькой! – заорала Ленка. – Я же тебе говорю – она постоянно занята работой, не ходит на свидания. У нее совсем никого нет. Постоянно одна.
- Ты предлагаешь мне ее трахнуть? – промурлыкал супруг, снова шаря руками под одеялом, медленно приближаясь к заветной цели.
Лена шлепнула его по руке, скрестила ноги и завернулась в одеяло. Боря обиженно засопел.
- Знаешь, - закуривая, продолжила она, - надо найти ей мужика. Точно!
Она свесилась с кровати, и начала шариться в сумочке, валяющейся на полу. Борис тут же придвинулся, и начал водить членом по ее аппетитной заднице, пытаясь тут же присунуть.
- Блядь! Ну что ты за человек! – бесилась жена, отталкивая хуй, который Борька тут же начал совать ей в ладонь. – О! Нашла!

Она откинулась на спинку кровати, зажав в руке записную книжку.

- Итак. Посмотрим. – Ленка начала листать странички. – Серега. Наверное, не подойдет. Вроде у него кто-то был. – Она протянула руку к телефону и набрала номер. - Алло! Серега? Это Лена. Какая Лена? Охерел? Ле-на! Ну да, я. Как твои дела? Ну и отлично. У нас тоже хорошо. Слушай, помнишь Юльку? Ну, мою подружку? Ага-ага, она самая. Как она тебе? Ха-ха. А без пива? А-а-а… Все так серьезно? Ну, я рада за вас. Когда свадьба? Конечно, придем. Ну, ладно тогда. Созвонимся. Обязательно передам. Пока. - Она вздохнула и отключила телефон.

- Вот всегда так. Женится он скоро, - бормотала она, снова листая книжку. – Так. Вовка. – Ленка набрала номер. – Володя? Приве-е-ет. Как жизнь? Как кто? Лена. Она самая. Нормально, сам как? Вовка, хочешь, познакомлю тебя с потрясной телкой? Моя подруга. Красивая до усеру. Почему тогда одна? Работы много у нее, времени на знакомство не хватает. Ну, да, можно сказать, что я сваха. Неблагодарное дело? Почему ты так считаешь? Конечно, она будет не против познакомиться. Кто еще о ней позаботится, как не лучшая подруга? Нет, она еще не знает. Сам дурак! Сам пошел на хуй!
Ленка, матерясь, дала отбой.
- Идиот, блядь! Болтается, как говно в проруби! Скоро сорок лет, все бабу себе приличную не может найти! Так и загнется холостяком. Лезу я не в свое дело. Пошел он на хуй! – ворчала она, снова листая блокнот.

- Алло! Петька? Привет, это Ленка. Не занят? Ну, и отлично. У меня такая проблема – есть офигенно красивая подружка, ты, вроде ее видел, Юлька. Так вот, она в своей работе совсем потонула. Не хочешь сходить с ней в ресторан? Я тебе ее телефон дам, договоритесь. А то пропадает девка, обидно так. Ага. Она сейчас одна. Договорились? Записывай ее номер. Только обязательно позвони. И не говори, что это я тебя надоумила. Скажи, например, что сам решил позвонить, узнал номер через знакомых, хуе-мое, понравилась, мол, и пригласи ее куда-нибудь. И это, ей не нравится китайская кухня, пиво и Маркес. Ну и отлично, а то я прям, переживаю за нее. Давай, пока. Передам. Потом позвони и расскажи, как все прошло. Пока.
Довольная Ленка положила телефон на тумбочку, но он тут же зазвонил.

- Алло? – отозвалась она. – Ю-ю-юлька! Привет, солнце мое. Как твои дела? Совсем пропала. Я уже переживать начала. Что?? – Ленка резко села на постели. – Замуж? За кого? Ничего не понимаю… За Вовку? За Борькиного друга? За нашего Вовку? Когда? Где вы с ним успели познакомиться? А… Ну, да… В Рождество, помню-помню… Ну, что ж, поздравляю. Молодцы. И молчали. Юль, извини, мне некогда сейчас. Давай я тебе позже позвоню? Ага. Пока.

Лена бросила телефон на пол и повернулась к мужу.
- Борька! – заорала она и осеклась.
Супруг, блаженно прикрыв глаза, бессмысленно пялился в потолок.
- Борь? – она потрясла его за плечо. – Ты чего?
- Спасибо, подрочил, - отозвался Борька, вытирая руки об одеяло.

Тема е*ли раскрыта полностью
 

Валерий Иванович зашел в троллейбус и вяло огляделся, в надежде увидеть свободное место. Мест как всегда не было, и он в ожидании приезда домой завис в блаженном состоянии подпитого на работе человека, уставившись в темное заляпанное грязью стекло... «Вроде весна, а мерзость какая, тьфу... слякоть...» медленно покатились, дернувшись вместе с троллейбусом его мысли. Чего-то хотелось... Как всегда в состоянии недоперепития хотелось чего-то большего, глобального, как будто за этим грязным стеклом скрывался тот мир, мимо которого он проехал через всю жизнь. «Ведь сорок восемь уже скоро... вот как жизнь промелькнула... как один миг... и что есть?» Вспомнилась жена в засаленном халате и бигудях, недовольное лицо дочери, стоптанные тапки и ему жутко, до щемления в грудной клетке, не захотелось домой... ну просто писец как не хотелось...

Троллейбус остановился. Валерий Иванович тупо смотрел в лицо входящим пассажирам.... Ну и рожи... И вдруг! Как удар током... Она.

Татьяна ему нравилась уже давно. Еще год назад, когда она только после института пришла работать в отдел, он сразу почувствовал к ней влечение... сильное... Но как-то все не находилось повода пообщаться поближе. Она была жуткой скромницей, никогда не участвовала в «корпоративных» попоищах и это никак не позволяло Валерию Ивановичу к ней подкатить. Да и не был он ловеласом и сердцеедом, чтобы так резко взять «быка за рога». Но ведь хотел же ее... как же ее хотел... И даже сейчас, стоя с ней в троллейбусе, он никак не мог сделать решающий шаг. Тут в мозгу опять всплыли тапки и бигуди жены... И подпитая душа Валерия Ивановича сдалась. «Ну ничего же страшного, если я просто подойду и поздороваюсь. Работаем вместе все-таки».

Он подошел к ней сзади. В нос пополз запах ее парфюма... «Ах, какая же всё-таки...»
- Здравствуйте Танечка..
- Ой, здравствуйте, ВалерьИваныч. Вот уж не ожидала Вас встретить. А вы из отдела так поздно?
- Да знаете, задержался... Домой совсем не хочется.
- А почему не хочется. Вы один живете?
- Да, совсем один (Чё я несу, трехнулся совсем). Я развелся Таня... и теперь вот как-то тяжело возвращаться вечерами в пустую квартиру (а, хрен с ним, все равно не узнает).

В глазах Татьяны промелькнул живой интерес. Она пододвинулась поближе и игривым тоном сказала:
- Ну надо же... я вот тоже сегодня одна... решила поехать проветриться, а то дома так скушно... а подружка ко мне только поздно вечером приедет. Вот и еду в «Пену» посидеть, так сказать – убить вечер. Если вам тоже некуда спешить – поехали вместе. Посидим по дружески, поболтаем.
Ее улыбка обнажила ровный ряд беленьких зубов. Валерий Иваныч сдался без боя:
- Да, конечно, я буду очень рад (а хрен с ней, с женой, такое бывает раз в жизни... посижу, развеюсь... а дома скажу что на работе...)

В «Пене» было накурено и многолюдно. Татьяна на удивление быстро нашла свободное место возле стойки. Валерий Иванович стесняясь, спросил:
- А что же вы будете пить, Танюша?
- Водку и апельсиновый сок. А вы?
- Я тоже (вот это да!!! А на работе никогда не пила...)

Через полтора часа бутылка водки опустела. Валерия Ивановича окончательно развезло. Склонившись над Татьяной, он всем усилием оставшейся воли пытаясь смотреть ей в глаза, а не на глубокий вырез ее блузки, чуть не плача, рассказывал ей о своем глубоком одиночестве и непонимании близких, разводе, и даже сам уже начал в это верить.
- Танюша... Вот смотрю я на вас. Вы прекрасны. И мне кажется, что у такой прекрасной девушки должна быть необыкновенная душа. Вот если бы мне выпало счастье быть рядом с вами, как бы я...
- Валера, прервала его излияния она – давайте возьмем еще бутылку и поехали ко мне. Здесь все рано делать уже нечего... А так мы хоть сможем поговорить по душам... раз вам так одиноко...
- Конечно Таня... я только за...

Вечер принимал неожиданный оборот. «Ну неужели... неужели...» При мысли только о возможности секса с Таней, у Валерия Ивановича сразу вставал... а с женой не вставал... почувствуйте разницу называется. И твердо уверившись в своем мужском всесилии, расплатившись за вторую бутылку, Валерик (так звала его жена по молодости) твердо настроился идти на абордаж и Татьяну сегодня во что бы то ни стало... лишь бы встало, как говорится.

Дома у нее никого не было. Разувшись в прихожей, Таня отвела его в кухню и усадила за стол. Поставила рюмки, достала из холодильника тарелку с несколькими кусками колбасы... Валерий Иванович заерзал...
- А вы живете одна?
- Да, одна... Иногда приходит ночевать подруга... Вот и сегодня должна придти... задерживается чего-то... Может пойдем в комнату, там нам, кажется, будет комфортней?
- Да конечно (вот оно! Вот. вот. вот...)

В комнате был полумрак, на стене красноватым оттенком теплился ночник. Они сели на кровать, пододвинули журнальный столик с закуской... Хряпнули по пятьдесят. Потом сразу еще... Таня откинулась на плечё, в ее мутноватых глазах светилась чертовская искорка...
- Поцелуйте меня, Валерий... мне как и вам сейчас так одиноко...

Она протянула руку и выключила ночник. Валера, сам от себя не ожидая такой прыти, навалился на нее. Руки полезли под майку. На ней не было лифчика... голова шумела... Юбка улетела в темноту... Татьяна начала стаскивать с него штаны. У него встал, как никогда. «Вот она, молодость...» - мелькнуло в голове. И ушло. Осталось: секс...секс...секс... Они шумно целовались, раздеваясь. Таня вздыхала... В тот момент, когда его губы уже потянулись... (сам от себя не ожидал!) к ее... послышался звук открывающей двери...
- Это подруга – горячо зашептала Таня - подожди минутку, я спрошу, может она присоединится... ты не против?
- Нет, что ты... конечно за!
Секс втроем! Фигасе!!! Да у него в жизни такого не случалось! Даже в самых сладких мечтах, и то он не мог бы в такое поверить... а тут... он... с ним...

Шушуканье в прихожей. В дверном проеме показалось два женских силуэта... Лица второй девушки Валерик не видел, да и не до красоты ее черт ему было... когда тут такое...
Подруга оказалась сговорчивой. Так и не включая свет в постели уже оказались втроем. Валерий Иванович приложил все свои силы и фантазию, хотя от него много и не требовалось. Девчушки были на высоте, он даже не мог понять, кто больше кого возбуждает, они его, он их или они друг друга... Такого уж в его жизни не было... уж точно...

Утро... Валерий Иванович открыл глаза. Татьяна лежала к нему спиной. В лучах восходящего солнца ее лицо было прекрасно. С плеча свисала еще одна женская ручка... Вспомнилась вчерашняя ночь... Валерик крякнул от удовольствия... Ну нада же... да... Чтоб такого насвистеть жене то... А хрен с ней... придумаю...

Вдруг ему стало жутко интересно, как все таки выглядит та, вторая... Ночью она была такой... он даже зажмурился от удовольствия. Он начал аккуратно переворачиваться. Она вздрогнула... Заспанные глаза... начали мгновенно округляться!
- Папа..??...
- Наташенька... дочка... Это ты?!!

Сладенькая девочка
 

Сладенькая девочка

Она родилась в жарких краях. Девочки в жарких краях созревают быстро: она и сама заметить не успела, как грудь и бедра ее налились сочной упругостью, а кожа сделалась упоительно-глянцевой. Она была очень красива, но врожденная скромность не позволяла ей открыто упиваться своим совершенством. Лишь иногда, ночами, лежа под черным южным небом и глядя на загадочное мерцание далеких звезд, она думала о своей красоте и мечтала о будущем. Она была уверена, что впереди ее ждет нечто прекрасное. Сонная тишина и ласковое дуновение теплого ветра из степи грели в такие моменты душу девочки, наполняя ее сладостным предвкушением светлой, радостной жизни. В такие минуты она забывала обо всем плохом, даже о своем сиротстве. Она не знала своих родителей. Спросить у растившего ее деда - стеснялась, а сам он ей ничего об отце с матерью не рассказывал: дед был молчалив и угрюм. Так и жила она в неведении...

Возможно, перепади на ее долю чуть больше людской теплоты и участия, не попала бы она в беду. Однажды, дед узнал, что человек по имени Гурген собирает таких же, как наша героиня нежных, трепетных девочек, чтобы отвезти их на Север, в Москву. Туда, где у людей водились еще деньг, туда, где можно было выгодно торговать их телами.
Лицо Гургена не понравилось девочке: грубо вылепленное, с мрачными потухшими глазами. Гурген больно прихватил ее за бедро:
- Хороша, - осклабил он зубы фальшивого золота, - попа широкий, - сладкий девочка.

Она вспыхнула, ибо впервые о ней говорили скабрезно и унизительно, говорили, как о товаре. Девочка хотела вырваться из цепких рук Гургена, но не смогла. Было поздно: тот сунул деду несколько мятых, потных кредиток и увлек ее за собой. Дорогой Гурген несколько раз сильно прижимал ее к себе.
- Сладкий мой, - все повторял он. Девочка подавлено молчала, боясь пошевелиться: ни жива, ни мертва. Левым боком она отчетливо ощущала жесткое, угловатое тело пистолета, спрятанного во внутреннем кармане куртки страшного попутчика.
Дорога оказалась долгой и изнурительной. Девочка и ее подруги по несчастью тряслись в тесном салоне нещадно скрипевшего, разбитого автобуса, готового развалиться на каждом ухабе. С каждым днем становилось все холоднее, и несчастные путешественницы теснее жались друг к другу, чтобы хоть как-нибудь согреться. На исходе пятых суток они въехали в Москву. Девочку поразило скопление серых громад: таких больших и мрачных домов она никогда не видела.

Гурген запер невольниц в подвале, где не было даже кроватей, а все освещение составляло крошечное оконце под самым потолком, в которое был виден лишь кусочек колючего октябрьского неба. Подвал был очень грязным - пахло гнилью, и еще, там были крысы. Девочка с ужасом смотрела, как они шныряли от стены к стене. Ночью пошел первый снег: девочка увидела его впервые. Она не спала, - зачарованно смотрела на сыпавшиеся сверху белые комочки, смотрела до тех пор, пока собравшийся на тротуаре небольшой сугроб не закрыл маленькое окно. И тогда девочка заплакала, заплакала тихо, чтобы никого не разбудить, заплакала, потому что впервые в жизни она смотрела на небо, а на душе не делалось легче, заплакала оттого, что надежда на что-то светлое и радостное ушла навсегда.
Утром скрипнула железная дверь: Гурген привел первого покупателя.

- Ну, - он широким хозяйским жестом указал на перепуганных со сна девочек, - один лучше другой, выбирай, какой нравится.
Покупатель, а это был высокий сухой старик в подбитом огневкой длинном лайковом плаще, медленно подошел к тоскливо жавшимся в дальний, самый темный, угол подвала невольницам. Он внимательно посмотрел на каждую и ткнул указательным пальцем, на котором отсутствовала одна фаланга, в нашу героиню.
- Ай, молодец, - засуетился Гурген, вытягивая оцепеневшую от ужаса девочку из толпы горестно молчавших подруг, - самый красивый, самый сладкий выбрал.
- Слатенькая девочка, - будто вторя Гургену, просипел старик (у него был очень неприятный, дребезжащий, словно механический, голос), и его холодно-безучастные, как у жабы, глаза на мгновение вспыхнули хищным жаром.
- Слатенькая девочка, - эти слова старик еще несколько раз повторил, когда они ехали в такси. Она тряслась рядом с ним на заднем сидении, а он все норовил ее обнять, придвигался ближе и ближе, обдавая табачным смрадом дыхания. Девочке уже не было страшно. Она отрешенно смотрела в окно автомобиля на мокрые грязные улицы, суетливых злых людей и думала о том, что все ее радостные чаяния умерли вместе с ночным снегом. И ей уже было все равно...

Она не испугалась, когда в задрапированной во что-то холодное и тяжелое квартире, куда они приехали, увидела еще двоих крепко пьяных, осоловевших мужиков с такими же безучастными, как и у старика, глазами. Она не испугалась даже в ту минуту, когда один из них, заросший жесткой густой щетиной со стальным отливом, грубо швырнул ее на широкий дубовый стол и занес над ней синюшное жало ножа. Она лишь тихо и коротко вскрикнула, когда сталь лезвия пробила ее упоительно-глянцевую кожу и двинулось дальше - терзать кровавую плоть. Ей уже не было ни больно, ни страшно, ей было уже все равно.

Так умерла сладенькая девочка. Злые люди ее зарезали. Зарезали и даже имени не спросили. Да и спрашивать было нечего - не бывает имен у арбузов.

(c) manuarmata.livejournal.com

Блин, я то подумала сейчас секс начнётся.....А это всего лишь арбуз.

Секс по телефону
 

-Батя, ты Фёдора моего не видел?- сквозь сон услышал голос сына Василий.
-А х/з, где твоя зверюга околачиваеца! Ты её к батарее что ли пристёгивай, когда выгуливаешь!- недовольно буркнул он и повернулся к телевизору. В голубом экране, на белых шёлковых простынях валялась явно ничейная деужко в ляпёрдовом белье с сотовым телефоном и маняще-завораживающим голосом придавленного котёнка шептала: «Мне одиноко, позвони мне…..!». И куда тока она не прислоняла эту трубку, в конце концов, видимо не без подсказки режиссера, приложила таки её к уху.

От этого зрелища у Василия пошло явное шевеление в районе ширинки. Удивившись столь бурной реакции, он приспустил штаны и увидел….хвост, тонкий такой хвост с кисточкой на кончике. Остатки сна были разорваны в клочья суровой реальностью, как презерватив, надетый на выхлопную трубу работающего КАМАЗа. Немного придя в себя, Василий потянул за хвост, и вслед за ним показалось тельце. Это был Фёдор – тушканчик сына. Животное явно не желало покидать «норку» и отчаянно сопротивлялось, хватаясь за все доступные волосики Василия. Примерно после пяти минут борьбы и отборного мата зверь был отправлен с размаху апстену, судорожно сжимая в лапках пучки кучерявых волос.

-Дурак ты, Фёдор! По носкам моим шаришься, теперь вот в труханы прокрался…твоё счастье, что я мылся три недели назад! Ага! Гордый туркменский хищник! Вовка! Иди, забирай своего обдолбыша!- крикнул он. Фёдор валялся в нирване, подёргивая задними лапками, в передних он всё ещё сжимал пахнущую память о Василии.
Рекламы сменяли одна другую, и вот снова показалась полураздетая девушка и снова поманила в сладостный рай онанизма, посредством телефона и простейшего мануала. Василий решил последовать её призыву и удалился с мобилой в ванную.

Как всегда, приспустив треники и набрав заветный номер, он открыл кран с водой, уселся на край ванны и стал ждать ответа. В трубке послышались гудки. Сердце Василия затрепетало, а кое-что стало подёргиваться. Нет, не бровь! И даже не глаз!
Вдруг раздался звонок домашнего телефона. Василий выругался. Коннект со скупым мужским счастьем почти состоялся….
-Я подниму!- услышал Василий голос тёщи.
-Уфф! Хоть какая-то от неё польза…- подумал он.

В его трубке после гудков раздался щелчок, и послышалось: «Здравствуй шалун! Я – Элеонора….».
-Что на тебе надето?- ладони Василия начали потеть от возбуждения.
-Сегодня я маленькая школьница….- мурлыкал женский голос.
-УУУУУУУУУ- взвыл Василий.
- На мне школьная форма, носочки и бантики…..-
- А трусики какие? - возбуждённо спросил Василий по-тихонечку наяривая своего мини-клона.
- А их на мне нет, - прошептал нежно хрипящий голос, - хочешь, чтобы я сняла остальное?

- Дададада, снимай...Хотя нуевонахуй, тока сиськи покажи, - в разворошённом тушканом Федором (это не ахтунг!!! Просто зоофилия) гнезде стал просыпацо одноглазый змей нашего героя.
-А может я сниму всё? И ты будешь ласкать моё упругое тело?-
-Так! Никакая нагота не бывает так соблазнительна, как полуприкрытая! Скидавай всё, кроме наскоф….и… можешь бантеки оставить!
Эротичность атмосферы накалялась, когда до обескровленных мозгов Василия дошло, что во входную дверь уже давно кто-то настойчиво звонит.

- ААААА БЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ!!! *тут послышался мат*
- Ты уже кончил дорогой? –
- Да нет, просто...-, и прикрыв рукой телефон крикнул, - Кого там нах принесло?????-
- Вася, я открою!- вдруг услышал Василий отдалённый голос в мобильнике…… От неожиданности он рухнул в ванну.
-Евдокия Кузминична?- как бы слегка интересуясь, сказал Василий в трубку. Кровь резко стала возвращаться обратно к мозгу и отливать соотвецна от стремительно опадающего члена.
-Ой…. Послышались короткие гудки.
-Тваю мать жизнь!- завопил Василий.

******************
Василий представлял тёщу, снимающую школьную форму со своей 120 килограммовой тушки, и вот она, эротично облизывая губы, стоит перед ним в носках и бантиках…. Его рвало…
Фёдор, пробегая мимо ванной, где гибли эротические фантазии Василия, направился на кухню где, как-то странно посмотрев на раскрасневшуюся Евдокию Кузминичну, втянул носиком запах…..

Как-то вот так...
 

Я стоял на балконе семнадцатого этажа и смотрел на суету внизу.....

А посмотреть было на что. Там разворачивалась прямо таки драма... Кто-то окровавленный (мне правда почти не видно было крови, но я точно знал что она есть) лежал на земле и стонал (опять же - мне то не слышно было, но что может еще делать израненный человек ?). Кто-то уже и стонать не мог - слишком мало от него осталось. Вокруг них суетились люди, стараясь помочь. Иногда кто-то и добровольцев сам становился пострадавшим - сверху с некоторой периодичностью обваливались куски здания, либо из дверей и окон вырывались столбы огня.
Толпы зевак в некотором отдалении в принципе делали то же самое, что и я сейчас - глазели, но было между нами маленькое отличие... Я стоял на балконе этого самого здания. Я умирал. Вернее в тот момент я еще был жив и большей степенью невредим. Но другого исхода не предвиделось - верхние этажи обвалились внутрь. Коридор полыхал огнем. А машины пожарные не могли подъехать из-за завалов это раз, из-за регулярно повторяющихся вспышек пламени, это два. Да если бы и подъехали - до семнадцатого этажа вряд ли бы достали...
Зато с другой стороны, трещины в стене становились все больше и балкон грозился просто обвалиться нафиг вместе с еще несколькими этажами и жизнями.
Слышны были крики из запертых завалами комнат. Кто-то звал на помощь, кто-то пытался выбраться сам. Но я был реалистом. Я видел что это невозможно. Я просто стоял. Мог бы и походить конечно, но что толку?

Смотреть на панику внизу мне надоело. Чем бы еще заняться... Я достал телефон и позвонил любимой. Интересно... всегда было интересно, что чувствует человек перед смертью... например когда его ведут на эшафот... Не знаю что чувствовали они, а я - ничего. Страх прошел, лишь только я осознал неизбежность. Желание спастись - тогда же. Жить хотелось конечно же... Но так уж вышло.
- Да? - раздалось в трубке. Я на секунду опешил. Что сказать то? "Извини родная, я сейчас умру..."??? Я ответил как обычно.
- Привет, малыш...
- Привет, Карлсон - засмеялась она. Сто раз эта шутка повторяется, и еще ни разу не приелась... она так смешно это говорит.. я иногда даже просил специально так сказать - мне всегда это поднимало настроение. Так и сейчас.
- Что делаешь? - стандартный вопрос.
- Да ничего особенно. Сейчас вот документы отправила... Представляешь.. тут ... помнишь я говорила про поставщиков из Швеции?
- Ну да.
- Так вот они подписали контракт и теперь я буду получать 5 процентов от суммы сделок... классно? - ее голос сорвался на детский фальцет и она засмеялась.
- Это хорошо, солнышко. Я же говорил, что у тебя все получится.
- Ага, ага !!! Я молодец у тебя, правда?
- Конечно. - на меня навалилась грусть. Оно и не удивительно.
- А еще...
- Котенок! - я перебил ее. Но "уходить" по английски не хотелось.
- Да?
- Я тебя люблю... Ты самое лучшее что у меня было в жизни... - голос начинал предательски дрожать.
- Я тебя тоже! Ты же знаешь... поему ты грустишь.. что-то случилось? - вот жешь блин. Выдал таки меня голос.
- Нет, малыш. Просто хотел чтобы ты знала. Хотел тебе это еще раз сказать. А что, нельзя? - попытался отшутится я.
Молчание. Не поверила... Да уж, в такой ситуации актерское мастерство как то отшиблось...
- Слушай... тут такое дело... У меня батарея садится в телефоне. -врать не хотелось, но что делать... - А мне мать должна звонить. Если мне не дозвонится, то наверняка тебе звякнет. Передай ей, что приехать не смогу... И что я ее очень люблю...
Мелькнула мысль, что лучше бы самому позвонить ей. Но я посмотрел на все более проседающий балкон и понял что не успею.
- ЧТО СЛУЧИЛОСЬ ????
- Тю ! Ну просто передай !!!! Тяжело что ли?
- Хорошо...
- Пока, малыш... Я тебя люблю... Я всегда буду тебя любить... Всю жизнь...
- Я тоже... Позвони мне позже чуть, как освободишься.
- Если смогу...
Я положил трубку и вытер слезинку с щеки. Никогда не плакал. Я подошел опять к перилам. Но вниз смотреть не стал. Сзади послышался треск... Я стоял и смотрел на небо. Потом на свою правую руку - на безымянном пальце кольцо... серебряное... еще серебряное. Она мне его подарила, когда подавали заявление. Через две недели должно было стать золотым...
С жутким грохотом обвалилась стена и балкон вместе с ней. Вся эта груда камней полетела вниз, прямо на таки подъехавшую пожарную машину.
Я смотрел на кольцо. Я всю оставшуюся жизнь смотрел на кольцо.
Я тебя люблю... Я всегда буду тебя любить... Всю жизнь... И даже больше...

:65: :65: :65:

Я просто поражена!!!!!! даже сказать не могу ничего..... замечательно!

Ddevil.....Всё, что угодно от тебя могла ожидать, но вот такого рассказа- никогда......

Про таракана
 

История сама по себе не очень веселая. Зато про друзей.

Попал я в чужом городе в больницу.

В городе у меня - никого. Друзья звонят, интересуются состоянием. Обещают приехать скопом и по отдельности. Но чего-то не едут. Лежу, тоскую. В палате - один. Кровать у окна. От безделья плету из капельниц всяких чертиков-рыбок. Капельницы крашу зеленкой и йодом.

Вдруг откуда ни возьмись - сидит на окне таракан. А нет в больнице тараканов. Чистенькая такая больница. Я ему говорю: "Чего пришел?" Шевелит усами. Молчит. Не боится. Смотрит, как я чертика мастырю. Посмотрел и свалил.

На следующий день - еще таракан. "Да сколько ж вас?" - говорю. "А может - говорю, - ты тот же самый?" И - раз! - пометил его зеленкой. И крошки хлебные на окне оставил. И что ты думаешь? Один и тот же таракан. Стал ходить ко мне регулярно. Сядет. Я плету. Он наблюдает. Я ему рассказы рассказываю. Как неудачно все получилось. И как мне плохо. И как я уже отсюда выйти хочу.

Таракан внимательный такой, зараза, оказался. Сядет, голову наклонит, слушает. Вообщем, сдружились. А с кем еще поговоришь? Я его подкармливаю. И вот, день на третий, что ли, как я с тараканом сдружился, во время обхода врач начинает задавать мне всякие вопросы нетрадиционные. Как я сплю, не кружится ли голова, не бывает ли видений, не падал ли в детстве на голову и т.д. А потом медсестра приносит мне направление к психиатру. Подслушала, сучка, под дверью, и врачу доложила. Вот, мол, крыша у пациента течет. Сам с собой бакланит. Глючит его, мол.

Пошел. К психиатру. "Чего, говорю, звал" А тот без обиняков спрашивает: "С кем разговариваешь?" Я говорю: «С тараканом». Он долго чего-то думал себе, потом мы договорились, что когда таракан в следующий раз придет, чтоб я его позвал.

Ну, я позвал. Посмотрел психиатр на таракана. И говорит: "Надо санобработку делать". Я говорю: "Ты себе санобработку сделай. Гад. Тут и так, кроме таракана, поговорить не с кем. Возьми и нажрись дусту". Ага. Злой я чего-то был. Сказал, что таракана санируют только через мой труп. Док к таракану присмотрелся, зеленку заметил, и спрашивает: «Раненый?» Я говорю: «Дак ясен пень! Ну кому придет в голову здоровым по больнице ошиваться?» Док говорит: «Ладно, больные, поправляйтесь» И ушел.

А вечером, после работы пришел ко мне с пузырем. Может, типа для профилактики психических заболеваний. Сверхурочно. А, неважно. Нормальным, кстати, психом оказался. Бухариком к тому же. Посидели мы классно. В смысле - он посидел, а я - лежа. Лежа водку, кстати, пить - есть свои нюансы. Псих говорит: "Таракану налить?" Я запретил. Хрен знает, какая у таракана скорость привыкания к алкоголю. Кто его потом опохмелять будет?

Так и сдружились. Потом то он зайдет, то я позову. Сиживали. Втроем. Таракан не очень, конечно, это дело одобрял. А куда денется? Зато ему на посиделках колбасы перепадало.

Вот так и помогли мне месяц скоротать. Псих. И таракан.

А из друзей за месяц так никто и не приехал ко мне в больницу. Только собирались много. Да, я не в претензии.

И так бывает
 

У меня вот так жизнь складывалась, что секс, в основом, только на природе. Нет, конечно, было ещё и в помещениях типа "офис" и типа "подъезд". Но никогда, слышите, никогда я не флиртовал с женщинами, у которых есть уже бой-френд или, тем паче, муж. Только раза три. Два раза как-то без последствий, а третий - с последствиями. Она была тоже манулой, а я просто пиво в "Болоте" пил. Смотрю, кучерявенькая такая, миниатюрная. Не красивая совсем, но общительная. Это ведь важнее.

Она самостоятельная была. Даже пиво сама себе покупала. И пила его. А вечерами за ней заходил её бой-френд. Они вместе жили. Он поздно с работы приезжал и сразу в "Болото". Там кружечку пропустит. И он её домой несёт. Не кружечку, а подругу свою. Так как она к его приходу уже кружечек шесть пропускала... Чем они дома занимались - я не знаю. Но манула всегда смотрела на мужиков как-то алчно и испепеляюще. Создавалось впечатление, что вот-вот и накинется.

Я в ту субботу был один. Друзья вообще куда-то все исчезли. А суббота же! Вечер! Я - в "Болото". Пивка дёрнуть и ещё кого-нидь, если повезёт. Ну и манулы наши сидят, миленькие, в польтах. Один стакан пива на троих через соломинку тянут. Манулы - это не проститутки, то есть не за деньги. Манулы - они не шлюхи, то есть не просто так, за удовольствие. Их тоже раскрутить на "это" надо уметь. Они дают за идею! Только в чём эта идея - хуй ево знает. Да они и сами не знают, наверное. Порой могут не дать сука аполлону с прессом зелени. А порой могут дать. И могут дать быдлу без копья денег, типа меня. А могут и не дать. Продавщицы и ткачихи все. Не знаю, характерно ли...

Я сморю, а эта кучерявая-миниатурная сидит одна и грустит. Даже в карты с остальными не играет. Я ей подмигиваю, мол, выше нос. А она рукой машет. Мол, да ну тебя. Я к ней подсел. Слово за слово. Развеселилась вроде. Я умею девушек смешить. За коленку если схватить, то им смешно. Или под рёбрами пощекотать. Кокетки они. Сидим, выпиваем, болтаем. А тут время подошло по домам. Я сказал: "А где твой-то?" "Задерживается чё-то, - говорит, - проводи меня, а?" Ну пошли, думаю.

А тут идти-то - минута если бегом. А неспеша - ну, минуты 3-4. Пришли, я говорю: "Ну чо?" Она такая: "Чо?" Я такой: "Ну, типа, воды налей попить, а то сушняк..." Я считаю, я ловко нашёлся в этой ситуации. Она говорит, мол, ну пошли. И мы пошли на её второй этаж. Она меня в квартиру не пустила, я стоял на площадке. Она сняла ботинки и пальто. А потом из-под крана воды налила и вынесла мне в чашке. Я говорю: "Давай покурим-постоим штоле?" Она говорит: "А давай!" И так как-то резко и с охоткой прям согласилась покурить, что я немного струхнул. В хорошем смысле этого слова.

Покурили, а она такая говорит, мол, иди сюда, поцелуемся. Я курящих не очень люблю целовать, но что уж тут поделать. Я тогда, в тот момент понял, что тут можно сразу быка за рога хватать. То есть кудрявую - за жопу. И схватил. У меня один метод - чуть что - хватаю женщину за жопу. За попу, конечно, простите. За попирус, так сказать. И тут началося! Она хорошо, что без пальто была. А я в куртке - мне не мешало ничего. И прям тут на площадке...

Процесс пошёл, мне нравится. Она повизгивает, я говорю: "Тише, дура! Тише!" А она пищит, как утёнок резиновый. И как это бывает в фильмах и книгах - вдруг! В данном случае, "вдруг" - это существительное. Поднимается её бой-френд. Первая мысль: "Блять!" Вторая: "Пиздетс!" Я так её голову руками поворачиваю, мол, зацени узорчик на обоях. Она как его увидела, сразу трусики натягивать стала. Чуть моё барахло в трусики не запихала. Я еле успел вытащить из её трусиков и в свои положить. Поставить то есть. А бой-френд стоит и говорит так удивлённо: "Норма-а-ально!"

Мы быстро заправились, а бой-френд такой берёт манулу за шею и в квартиру вталкивает. Мол, дома поговорим. И ко мне. Я такой: "Ну, думаю, я тут не нужен и мне лучше уйти..." А он такой: "Стоять, блять!" И лицо такое, что "Тигры освобождения" Тамил-Илама, завидев его, приняли бы православие и ушли в монастырь. Я тогда тоже испугался, так как драться не люблю, а получать пиздюлей - тем более. Но он такой говорит: "Слышь, тя как?" "Вова", - говорю. Соврал на автомате. Виноват, до сих пор стыдно. Она такой: "Вов, я тебя не виню. Все бабы - бляди! Давай водки выпьем?" Я нащщот блядей хотел поспорить и спросить "а твоя мама тоже?", но не решился. Наверное бох есть...

А потом смотрю - а он в слюни. В говнище, муку, дрова и хлам. Я говорю: "Конечно, давай выпьем!" Он достаёт из-за пазухи пузырь "Завалинки" и мы стали пить. Из горла, без закуски, без запивки. И как-то так нормально пошло. Легло на пивко мягонько так, что я сам предложил ещё взять. И взяли, и выпили, тока теперь "Саяны" на запивку взяли. Я почему помню - мы потом эти "Саяны" разбили в подъезде. А потом ещё бегали в магазин. Бой-френд сказал: "Надо "Арбатского" взять. Ей. А то у неё стресс, наверное..." Сходили, взяли.

Дома я был где-то в 3 ночи. В говнище, муку, дрова и хлам. Утром я не пошёл играть в обычный во воскресным дням футбол, потому что был форменный песдетс. Всё в теле трещало по швам. Особенно голова. И тошнило перегаром. Но я собрался и подумал. Что лучше такие последствия, чем вся морда-гематома. Тут - за денёк всё пройдёт, а там - недели полторы быть в шкуре Гюльчатая. У меня ж нету очков во всю рожу, как у Элтона Джона... А бой-френд до сих пор со мной здоровается и называет Вовой. И мне как-то до сих пор немного стыдно... Это, как его, извините там за мат и скабрезности.

Грустная история...
 

Она стояла на платформе вокзала и ждала его поезд. Он должен был приехать. Она ждала уже час. Была зима и она жутко замёрзла. Она приехала на час раньше до прибытия поезда, потому что очень боялась опоздать. Она ждала его возвращения уже целых два года. И вот наконец он возвращается. Сердце вырывалось из груди, она сильно волновалась. В армию он уходил совсем мальчишкой, какой он интересно стал. Говорят, война ломает людей. Но он сильный, он справится с ней. Она верила что с ним всё хорошо. Главное что он вернулся. Наконец то вернулся. Теперь всё будет хорошо.
Выходя из вагона он шарил глазами по платформе. Большая спортивная сумка за всё цеплялась и её приходилось вечно поправлять, но это было не важно. Сейчас он увидит её, снова увидит, прошло столько времени. Он помнил её лицо только по тем фотографиям, которые она присыла ему в армию. Большинство фоток он потерял на войне. Но одну он всегда таскал с собой в кармане формы. Он верил что она оберегает его. Кровавыми руками он часто доставал эту самую фотографию. И в промежутках между боями он смотрел на неё, это единственное что удерживало его от самоубийства или какой нибуть глупости. Он должен был вернуться к ней. Она ждала его. И он сдержал слово. Его демобилизовали раньше срока, на то были свои причины. Месяц проведённый в плену, что то всё таки, значит для командования. Его отпустили домой. Он не знал как она теперь выглядит. Может быть она сильно изменилась, а может осталась всё такой же хулиганистой девчонкой которая подшучивала над ним в детстве.
- Привет! Ты наконец вернулся! – он обернулся и она бросилась ему на шею. Она целовала его и боялась отпустить. Она слишком долго его ждала, что бы опять потерять. Его сумка валялась рядом, фиг с ней, она больше не нужна, даже если выкинуть её, всё что в ней есть можно переложит в карманы. Он сам не знал зачем взял такую большую. Он снова чувствовал запах её волос и видел её глаза. Остальное не важно. Он дома.

- Идём скорей, а то ты замёрзнешь! – она тащила его за руку в здание вокзала. На нём была лёгкая камуфляжная, армейская куртка, такого же цвета штаны и высокие ботинки. На руках были перчатки.
- Зачем тебе перчатки? Ты бы лучше там шапку выпросил. – она трепала его стриженную голову, - смотри какой ты лысый! Ну, ничего, скоро ты обрастёшь. Я не дам тебе стричься. Помнишь какой ты был в школе?... Она говорила не переставая. Он вспоминал школьные годы и улыбался. Всё было так тихо и мирно.
Тогда он судил о человеческой жизни по фильмам в кинотеатрах. Это было так давно… Прошла целая вечность.
Они медленно шли к метро. Она держала его под руку и не отпускала ни на секунду. Он чувствовал как она боялась замолчать. Как только она замолкала, сразу повисала тишина. А он молчал. И она снова говорила и говорила.
- Ты знаешь, у меня осталось ещё очень много конвертов и тетрадок для писем тебе. Я их все выкину! Они больше не нужны.- почта там работает плохо, но по датам писем он видел что она писала по два, а то и по три письма в день. Это грело душу, там письма особенно ценятся. - Хорошо что ты вернулся раньше. Кстати, а почему? В своих письмах ты не писал почему тебя отпускают раньше. Хотя я спрашивала тебя.
- Да так… Я потом как нибуть расскажу, сейчас не то настроение.
- Хорошо. Ой! Смотри, розы! – она обожает розы. Ещё в школе когда он об этом узнал, он дарил ей одну, клянчил деньги у мамы и дарил, редко, но ей было приятно. На что её папа очень ругался. Школьница приходила домой с розой, это не правильно. Папа часто допрашивал её, кто ей дарит цветы, но она не говорила. Он совсем не знал её отца. Только редко видел на улице, когда тот шёл или возвращался с работы.
- Постой тут, я быстро! – он оставил её на тротуаре, а сам вбежал в цветочный магазин. Она видела его через стеклянный фасад магазина, он стоял перед продавщицей и показывал какие розы он хочет в букет. Её руки сжались у груди, может быть это и есть счастье? Он вернулся. Он жив. Он здоров. Он не покалечен. И сейчас он покупает ей цветы. Её любимые цветы. Пурпурные розы.
Она смотрела на него и готова была прыгать от счастья. И даже крики ужаса где то в стороне не отвлекли её внимание от него. Резкий визг тормозов заставил её повернуть голову в сторону. Она не успела даже пошевелится…

…До неё было всего два шага. Он видел её тело лежащее на асфальте в неестественной позе. Он много раз видел такие тела. Там, на войне. Он даже не обращал внимание на них, там на войне. Он таскал их много раз за руки и за ноги, там на войне. Но всё это было, ТАМ! Как же так? Тут нет войны. Может всё это кажется. Может он всё ещё лежит в госпитале после тяжёлого ранения и у него бред. Проснуться! Срочно проснутся! Но видение не уходило. Она лежала на животе. Вокруг головы растекалось бурое пятно крови. Опять кровь. Опять смерть!
- Нет! Только не она! – он упал перед ней на колени и перевернул тело. Носом и ртом шла кровь. Он попытался взять её на руки, но её голова опрокинулась назад через его руку, шея была сломана. Он осторожно взял её голову и положил себе на плечо. Она была мертва.
Он смотрел в небо, оно такое же как там. Там где он совсем недавно был. И так же он держал своих мёртвых бойцов. И так же текли слёзы. Но там было понятно почему люди умирали, но тут! Она ждала его два года. Ну неужели только для того что бы его встретить и умереть?... На войне кажется что здесь, на гражданке люди не умирают. Что здесь всё хорошо. Хочется, скорей вернутся. Вернутся, но не так… Он был весь в крови, это её кровь, её жизнь, и сейчас она покидает её. Её глаза закрыты и она больше не когда их не откроет.
Она больше не когда не засмеётся и не скажет что он Бука. Она больше не увидит любимые розы… Если бы он не вернулся, этого бы не было. Мысли разрывали его, хотелось орать во всё горло. Если бы он не вернулся! Ведь если бы не он, она бы не приехала в этот день на вокзал и не стояла бы в этом проклятом месте именно в тот момент. Если бы он не вернулся, она была бы жива. Он хотел всё исправить. Вернуть время и специально, там, напороться на пулю. Наброситься в плену на зверя и пусть бы его прирезали. Или просто приподнять голову, когда их обстреливали, это так просто. И она была бы жива… Он гладил её по голове и плакал. А ведь он так долго ждал что бы встретиться с ней, ради неё он жил.

Он не чувствовал холода. Пронзающий ветер продувал насквозь его лёгкую куртку. Она была чёрного цвета и джинсы чёрные и ботинки. Он не хотел специально одевать всё чёрное, но так получилось. Его было прекрасно видно на свежем снегу. Он теребил в руках вязанною шапку, которую купил только сегодня утром. Он смотрел на похороны из далека. Смотреть на любимою в гробу было самым большим наказанием на свете.
Он ждал когда родные простятся с ней. Им нельзя мешать. Да и он, совсем не вписывался в процессию, состоящую из многочисленных бабушек, тётушек и двоюродных сестёр. Из всех присутствующих на похоронах, он знал только её отца и то, знаком с ним он не был. Позже он простится с ней наедине. Он скажет ей всё что не успел сказать. Он расскажет, как вера в её любовь давала ему силы сделать последний рывок, что бы выжить. Что бы ещё раз взглянуть в её глаза. Он расскажет как по много раз перечитывал её письма что бы не озвереть, сидя в разрушенном городе под пулями. Как он всматривался в её фото, что бы хоть как то, унять боль от очередного ранения.
А пока, он ждал. Ждал последней встречи с ней. Что бы проститься на всегда.
Родственники стали расходится, фигуры отделялись от общей толпы, по две или по три. Все расходились не вместе. Мимо проходила очередная пожилая пара. - Она была так молода. Вся жизнь впереди. Бедный ребёнок. – старушка вытирала слёзы.
- Так распорядился бог. Ничего не поделаешь. – дед пытался её успокоить, но надо было успокаивать его. Слёзы он уже не вытирал, без толку.
Могилу давно закопали, но её отец всё стоял. Он смотрел на чёрную могильную плиту и смотрел на фотографию своей дочери, на ней она весело улыбалась. За спиной послышались шаги. Кто то подошёл и встал рядом.
- Я тебя знаю. Ты тот самый, которого она ждала и любила. – сказал отец не отводя глаз от плиты. – Она слишком сильно тебя любила.
Парень молчал. У него не было слов для него, он не знал что ответить. - Я оставлю тебя с ней наедине. Тебя она ждала и хотела видеть больше всех остальных. – Отец развернулся и пошёл к выходу с кладбища. – Вечером я тебя жду у нас дома. Нам есть о чём поговорить… ты мне теперь как сын. И не смей себя винить в её смерти! Ты не виноват.
Несколько часов он стоял и смотрел на могильную плиту. Она казалась ему большим крестом на его жизни. Она перекрыла дорогу дальше. Закрыла проход ко всем мечтам которые у него были. Главных целей больше нет.
Начало темнеть. Он сам не заметил как встал на колени и стал говорить с ней, ему казалось что и она с ним разговаривает. Он что то рассказывал ей, захлёбывался в слезах и путал слова, а она отвечала ему. Слёзы замерзали у него на щеках. Ног он уже не чувствовал. Руки в перчатках крепко держали вязанною шапку. Пальцы без ногтей от холода, ныли тягучей болью. Когда ему вырыли ногти в плену, было не так больно как сейчас. При встрече говорила она, а теперь не замолкал он. Он боялся что как только он замолчит, она сразу же исчезнет, на всегда. И он говорил, говорил и говорил. Он рассказывал ей всё подряд. Стало совсем темно…

Медсестра Аня была совсем молодой. Её не так давно посадили на скорую помощь, ей нравилось помогать людям, попавшим в беду. Но тут было не кому помогать. Она не стала подходить к свежей могиле, у которой на коленях сидел трупп молодого парня. Она смотрела на него и на фото на могильной плите. Аня не видела лица парня.
- Как же он её любил. – пробормотал уже пьяный сторож. И пошёл к могиле. Врач осматривал тело.
- Зови мужиков и тащите носилки, он к земле примёрз. – Сторож побежал к машине скорой помощи.
Аня вытирала слёзы платком. Тушь размазалась вокруг глаз. - Теперь они вместе… теперь они будут счастливы… я это точно знаю! По-другому не может быть!

Любовь в браке..
 

Ирка сидела на работе вся очень мечтательная. Потом взяла
телефон,набрала номер и стала говорить в трубку:
-Ну все, я Машку бабушке сегодня отвезла. Ага, на все выходные. Слушай, так не хочу готовить ничего сегодня. Давай ты после работы купишь куру-гриль, да и поужинаем?... Ну все, пока.
....
У Ирки пиликнул телефон. Пришла смска. Ирка ее прочитала и зарделась и потупила взор. И стала как-то очень явно стесняться. Потом сказала мне:
-Смотри, что муж пишет.- и протянула телефон.
На телефонном экране было написано: " Целую ".
-Ань, чего это с ним? 8 лет с ним живем, ни разу мне такой смски не написал. Ой, наверно у него такое же игривое настроение, как у меня...Ох, точно тогда сегодня новое белье одену. Красное. А то все случая не было.
Ань, а Ань, а что ему ответить?
-Ира, твой муж, ты и придумывай, что отвечать. - сказала я грубо,потому что завидовала
-Ну Аааань, ну я ж помочь прошу!
-Напиши "я тебя тоже".

-Нет,это как-то скучно... - занудела Ирка.
-Ну напиши "возьми меня страстно, мой необузданный жеребец".
-Ань, ты что? - Ирка неодобрительно на меня смотрела. - Ты меня за
кого принимаешь??
-Я же говорю - сама пиши, нечего ко мне приставать, - сердилась я.
Ирка пыхтела над кнопками, а потом показала мне свое творчество: "Я тоже тебя целую, скучаю, мой зайчик".
-Розовые сопли. - сказала я.
-Зато очень нежно, - обиженно сказала Ирка и отправила смс. Через 15 секунд у Ирки зазвонил телефон, экран показывал, что звонит муж.
-Ну ничего себе, у него сегодня просто день страсти, - сказала Ирка, потупив взгляд и сказала в трубку:
-Але.
Ей муж сказал:
-Ира, еб твою мать, куру ЦЕЛУЮ покупать или нам половины хватит??

Что значит всего лишь не поставленный вопросительный знак... А вы говорите, что грамотность не обязательна :D

Все што вы хатели знать об админах, но баялись спросить
 

Если вы очинь любапытный по жызни человек и вам хателось бы узнать как выглядит компутер админа, то зайдите в ево комнату и осмотритесь. Всякое железное гавно разбросанное по всей комнате - на полу, на шкафах, на стульях, свисающее с патолка и из всяких труднодоступных мест - это и есть компутер админа.

Словарный запас системнова администратора састаит из фразы "Идите нахуй, пажалуйста", слова "Пивобля" и хуевы тонны спецыальных кампьютерных терминов, значения каторых не знает никто, в том числе и сам системный администратор.

Если вам неабходимо установить на кампутере спецыальную программку, каторую вы сами не в састаянии установить, то ни в коем случае не падходите к админу и не просите его установить программку. Папытайтесь просто обойтись без установки программки и прадолжайте работу.

Если вы все таки очинь упрямый по жызни человек и без программки работать ну никак не можете, то купите сибе интересную книгу и четайте ее на работе. Ежеле вас ебет начальнек и вы набрались смелости и решыли папросить админа о помощи, то сначала памолитесь а потом пригатовьтесь услышать каронную фразу "Идите нахуй, пажалуйста!" либо хуеву тонну кампутерных терминов, после каторых взрываецо мозг. Будьте гатовы, что манолог админа закончица так - "Если установица - с тебя пивобля".

Никагда не падходите к админу до обеда - у админа пахмелье.
Никагда не падходите к админу за обедом - админ ест.
Никагда не падходите к админу после обеда - админ спит.

Если вы экстримал в душе, то папробуйте папить вотки в компании ваших админов на карпоративной пьянке. Незабываемые ащущения вам гарантированы.
Если вы спросите сваево админа - давно ли у нево был дабротный секс, то скарее всево палучите ответ, что позавчера во время установки линукса.

Знакомы ли вы с техникой офисной безопасности? Если нет, то запаминайте: первое и единцтвенное правило офисной безапаснасти - если вы услышали, как пашутил админ, то съебывайтесь как можно дальше и как можно быстрее. Скорее всего сейчас админ начнет шутить еще, а это означает што ваш мозг скоро умрет.

Вместо кровеносных сосудов у админов сетевые кабели. По ним инфармацыя паступает прямо в цэнтральный працэссор, то есть в голову. Там инфармацыя обрабатываеца и несложная программка выбирает ответ - "Идите нахуй, пожалуйста!"

Никогда не атвлекайте админа, кагда он прокладывает сетевой кабель. Рискуете палучить пасатижами в ебло. На время пракладки кабеля лучше всего куда-нибуть незаметно спрятаца и не отсвечивать. Генеральные директоры небальшых кантор обычно просто берут отпуск, кагда пракладываеца кабель.

Если вы недаво устроились в престижную западную компанию, где все сатруднеки ходят в чистеньких, выглажэнных, выдроченных кастюмах, в умопамрочительных галстуках и приезжают на дарогих иномарках. То не удивляйтесь, кагда небритый валасатый парень в рваной майке "металлика" и засаленных джынсах пашлет нахуй вашева начальнека. Штобы както разрядить сетуацыю, саветую в этот мамент открыть окно. Заодно и запах перегара выветрица быстрее.

Если вы в курилке решыли завязать из вежливости непринужденный разговор с человеком, курящим дешовые сигареты, типа союз - аполлон, то после своево незамысловатого вопроса "а какая у тебя машина?" рискуете палучить в ответ "пень четверка" и пятнацатименутное ржание.

Если у системнова администратора есть девушка, што к слову случаеца крайне редко, то ее, вераятно, зовут Клава.

Админы кончают со словами "upload completed".

В карманах админа всегда найдеца пара отверток, трицать восемь болванок, семнацать флешэк, презерватив пятилетней давнасти, яблочный агрызок, властелин калец в переводе гоблена, порножурнал и полбутылки вотки.

Если вы привлекательная девушка, у вас прекрасная фигура и вы решили соблазнить системного администратора - то у вас хуй че палучица. Лучше забудьте об этом.

Если после работы вы гаварите админу - "пашли ебнем певка", а он атвечает - "Да что то не хочеца". То можете смело докладывать сваему начальству, что админа пахители пришэльцы, а в ево теле ходит межгалактический захватчик с планеты "ТауЗет Тринадцать".

На нападки маргенальнова быдла с окраин - "Ты че дерзкий такой?", админ обычно отвечает "Я те щас винду переставлю, сука!"

Админ не стареет - он устаревает.

Если вы не очень хорошо разбираетесь в компьютерах, то не пытайтесь что-то доказать админу. Любая фраза будет встречена взрывом хохота.

Каждый админ в жызни должэн сделать три вещи - установить принтер, переставить винду и проложыть сеть.

Если вы сногсшибательная секретарша и у вас в компутере что-то происходит не так, как нужно, то скорее всего скоро придет ТОТ очень странный парень и будет два часа вас унижать и издеваца, а вы этова даже не заметите.

Админы обычно жывут в однокомнатных квартирах на окраине Москвы. В квартире есть компутер, электрический чайнек, банка кофе и микровалновка, в каторой админ гатовит пиццу. Большэ админу ничево не нужно.

Админ никагда не срет - он просто удаляет садержымое корзины.

Если админа нет на работе, а он вам срочно нужен, то не пытайтесь настрочить на нево жалобу начальству. Он всеравно отмажеца тем, что просто был в инвизибле. Ему ничево за это не будет, а вы будете выглядеть глупо.

После того как админ потрахаеца с девушкой, он пакупает себе на радостях еще сто гигов памяти. Двести - триста гигов - средняя память для взрослова админа.

Админы не рождаюца, их разрабатывают родители.

Хатите пасматреть как выглядит апокалипсис? Удалите што-нибуть с админскова кампутера, пока он курит.

Если у вас на компе для какой-нибуть надобности нужны админские права, то записывайте - пароль администратора подобрать савсем несложно: это либо "хуй", либо "123", либо "хуй123" - у хитрых админов.

Ну и напоследок еще один тезис - "админы самые адекватные чуваки в вашей конторы, просто нужно хорошо к ним относица."

Интервью с проституткой.
 

Брачная ночь:-)
 

Брачную ночь мы провели в гостиничном номере , бурно и сумбурно.
Особенности женатого состояния начались сразу же после свадьбы, когда охранник, стоявший на входе в гостиницу поинтересовался, какой у нас «номер номера».
- 133, - честно признался муж.
- Ой, тринадцатый этаж! – обрадовался охранник, будто мы предложили ему присоединиться к дикой оргии. – Вы на брачную ночь пришли, да?
Чтобы всем было ясно - я стояла в свадебном платье. Отвечать было как-то неудобно, типа: «Да, сейчас мы зайдем и будем много-много трахаться».
- Надо же! Как интересно! – продолжал восторгаться охранник, не дождавшись ответа. - У нас как раз оттуда недавно девушка выпрыгнула!
Мы с мужем одновременно спросили: «Простите?» и «Насмерть?».
- В омлет! – смутно разъяснил охранник.
- Тоже в брачную ночь?
- Ну да, все они так.. - еще более неясный ответ.
- И за номер заплатила? – я и не знала, что у меня такой практичный супруг.
- Ну да, так бы не пустили.
У мужа заблестели глаза. Испугавшись, что брачная ночь уйдет на подробное обсуждение зловещих мертвецов и их окровавленных внутренностей, я быстро затараторила:
- Пошли, ну пошли уже, ну пошли!...
Муж с неохотой оторвался от источника пугающих сплетен, и молодожены веселой толпой поднялись в номер.

Комната, как сейчас помню, была очень красивой, смешанный стиль магазина электротоваров и древнеримского борделя. Полкомнаты занимал большой телевизор, из которого торчала антенна толщиной с мою руку. Рядом на полу стоял допотопный видеомагнитофон.
Я огляделась, чтобы проверить, нет ли поблизости какого-нибудь шкафа, в котором может поместится средних размеров призрак самоубийцы. На стенах висели коврики с порнографическими вышивками, всякие обнимающе-целующиеся парочки. На кровати было расстелено огромное ядовито-розовое покрывало с вышитыми на нем тиграми, занимающимися чем-то очень похожим на оральный секс. Рядом на тумбочке стояла бутылка шампанского.
Супруг увидел бутылку, и глаза его стали счастливыми. На свадьбе он не пил, за ним следила моя бабушка.


Муж воскликнул: «Наконец-то!», схватил бутылку и свалился на кровать. Затем он взглянул куда-то вдаль, громко крикнул: «Ебанарот!» и от этой самой кровати отскочил. У меня все упало, и я обернулась с полной уверенностью, что за мной стоит мертвая невеста с распростертыми объятьями.
Сзади никого не было.
- Ч.. Ч.. Что случилось? – дрожащими губами прошептала я.
- Я только что увидел оборотня, - сказал муж.
Нет, вру. Это было бы намного прикольнее. На самом деле он искренне, как молодожен молодожену, сказал:
- Я только что ударился жопой.
- Об кровать? – несказанно удивилась я.
- Да, - растерянно пробормотал муж, копаясь в недрах покрывала. Затом он довольно сказал: «О!» и вытащил из под одеяла большущее железное блюдо с шоколадными конфетами. На всякий случай порывшись в кровати еще пять минут, супруг уселся на свою половину, покосился на бутылку с шампанским и кокетливо у нее спросил:
- Ну, и чем ты хочешь заняться?
- Для начала я сниму с себя платье, прическу и ногти, - хмуро ответила я и побрела в ванную.
- Хорошо, - умиротворенно согласился муж и добавил подозрительное, – я пока это дело немного обмою.

Снимать платье было одним удовольствием, а вот ногти были приклеены на совесть. Клей под ними начал стягиваться и давить на кончики пальцеы, которые дружно принялись болеть. Минут десять я отмачивала руки под горячей водой из крана, но ногтям было хоть бы хны. Тогда я решила разобрать военную башню среднего века, сооруженную у меня на голове. Минут двадцать движениями блохастой мартышки я выискивала и эвакуировала из головы все булавки, заколки и прочие канцелярские принадлежности. На башню напшикали столько лака для волос, что после изъятия всех подпорок она лишь немного перекосилась налево.

После радостного крика мужа: «Лена, в конфетах есть ликер!» я еще раз попыталась отодрать ногти и, потерпев неудачу, вышла из ванной. По телевизору шел мультфильм «101 далматинец» на арабском языке.
Покрывало валялось на полу, из под него торчала пустая бутылка.
Любимый, горячий, совсем белый, лежал на кровати и высасывал ликер из последней конфеты.
- Собачки.. – умиленно сказал муж, почесал пузо и добавил, - иди сюда. Потом подумал и уточнил:
- Дорогая жена.
Дорогая жена вздохнула, ибо ногти жали неимоверно, и водрузилась на свадебное ложе. Великий дефлоратор подполз, путаясь в пододеяльнике, тоже розовом с развратными тиграми, и хлопнул рукой по моему левому плечу. Только я подумала, что, вероятно, он имел в виду грудь, и собралась передвинуть руку на место назначения, вдруг чувствую – лед тронулся, и я лечу. Только не птицей ввысь, а жопой вниз.

Жопа со счастливым всплеском шмякнулась на пыльный пол. Сверху нежно спланировал новоиспеченный супруг, мягкой посадкой - коленом в мой живот. Оказалось, брачная кровать состояла из двух внебрачных на колесиках, которые, дождавшись нужного момента, разъехались.
- Отвезти тебя в аринимацию? – спросил развеселившийся муж, все еще стоя на моем животе.
Отдышавшись, я заметила, что на полу валяются три ногтя с правой руки. Обрадовавшись, я согнала с себя любимого, лаконично ответила: «Иди гуляй» и ушла в ванную снимать оставшиеся ногти. По задумчивому лицу супруга было ясно, что он размышляет, не увлекся ли он в своей предсвадебной оценке алиментов.

Небольшое отступление – на еврейских свадьбах жених должен определить сумму, которую он якобы заплатит жене в случае развода.
Сумма записывается в ктубе (типа брачный договор), и этот документ остается у самого рьяного защитника невесты – разумеется, у тещи. Не знаю, соблюдает ли кто-нибудь этот договор, но до сих пор изредка напоминаю мужу его «99,999 шекелей». Нет, ну неужели я не дотянула до миллиона?!.. Или до десяти?.. А?..

Когда я вернулась, кровати стояли рядом, и муж безмятежно спал на своей половине брачного лежбища, накрывшись порнозверями. Расстроившись, что, возможно, мы стали первыми в мире молодоженами, проспавшими всю свою брачную ночь в позе пенсионеров, спиной к спине, я долго ерзала под одеялом. Затем я решила, что завтрашнее утро это типа-как-бы-вроде продолжение ночи, и отпраздновать ее мы еще успеем. И заснула.

Ночью мне приснилась самоубийца в пятнистой шубе из 101 далматинца.
Из под шубы торчало мятое свадебное платье. Девушка пихала меня в бок бледной костлявой рукой и горестно вопрошала, куда я спрятала ее ногти. Изо рта у нее шел пар, и она все глубже куталась в шубу. Было дико холодно.
Я проснулась. Было дико холодно, и что-то действительно кололо в левый бок. Дрожа, я огляделась по сторонам и даже заглянула под кровать. За ночь муж ухитрился стянуть с меня одеяло и тихонько отъехать к окну на своей половине кровати. Я протерла глаза. Над мелодично посапывающим любимым в такт храпу шевелилось что-то черное. Присмотревшись, я обомлела – над занавеской сидела громадная бабочка ростом с курицу и угрожающе махала крыльями.
- Зорик, - тихо запищала я.
Порхатое насекомое насторожилось. Муж захрапел еще громче.
- Зорик, Зорик! – заволновалась я.
Бабочка встрепенулась и приготовилась пикировать. Я не выдержала.
Со скоростью и изяществом горной лани я вскочила с кровати и неведомым путем оказалась в ванной с пустой бутылкой от шампанского в руках. Решив все же спасти супруга, я приоткрыла дверь и заверещала:
- Зорик! Вставай! Вставай!
Храп прекратился, и раздался сонный хриплый голос:
- Что случилось?
- Зорик, там бабочка! Огромная! Убей! Убей!
- Лена, ты о чем? Ты что, перепила?
Я возмутилась, закрыла дверь и обиженным тоном сообщила:
- Вот она тебя съест, и я заберу твой магнитофон.
- Фиг, - пробурчал супруг. Я услышала скрип его кровати, шаги и щелчок выключателя. Переложив бутылку в доминантную правую руку, я собралась с духом и приготовилась выручать любовь своей жизни.
Меня сбил с толку неприлично громкий гогот.
- Ты чего? – удивилась я. – Уже убил?
- А ничего, иди посмотри, - с трудом профыркал муж.
- Ты уверен, что ничего?
В ответ раздалось еще более дикое хохотание.
Над мужниной занавеской торчал большуший крюк в форме бабочки.
Нет, если честно, это был обыкновенный крюк в форме крюка, уж не знаю, как его можно было с бабочкой перепутать.
В кровати нашлось две раздавленных шоколадки. Муж посмеялся надо мной еще немного, съел конфеты и вырубился. Я еще немного повздыхала, переживая такой позор, и снова уснула.

Проснулась я уже утром. Мужа в комнате не наблюдалось, а в ванной журчала вода. Я решила осуществить идею брачной ночи и, томно виляя бедрами, вошла в ванную.
В ванне сидела еще одна бабочка. Хе-хе, вру, там стоял муж и купался, прямо в ванне, потому что душевой кабинки там не было. А еще там было жарко и душно.
- Доброе утро! – воодушевленно поздоровалась я.
- Чего орешь? – сдавленно пробурчал любимый, схватившись за голову.
Затем он, скорее всего, вспомнил про бабочку, потому что опять захихикал.
Я напролом полезла в ванну, поближе к мужу, радуясь долгожданному осуществлению идеи брачной ночи.

Даже не знаю, что я себе думала, потому что лозунг «Не с нашим счастьем» преследует меня всю мою жизнь. Нужно было хотя бы насторожиться, что ли. Тем более, вон, одна уже самоубилась..

В общем, влезла я, знойная женщина, в ванну, подошла к мужу мечтой поэта, и, уж не знаю, поверите ли вы мне, впервые за свою сознательную жизнь упала в обморок. То есть, разрезание трупов на второй неделе учебы ни капли не повлияла на мое состояние, хоть бы затошнило чуток, мышей я вообще обожаю, а вот вид купающегося мужа почему-то крайне поразил мой бедный организм. Кстати, «упала» - это было бы неплохо, знаете, как в кино, они так изящно стекают на пол, или их элегантно подхватывает любимый мужчина. Нет. После того, как у меня резко закружилась голова, я, очевидно, решив вести себя, как рьяная феминистка, решила на любимом мужчине повиснуть сама.
Получилось, можно сказать, обвиснуть. Можно даже сказать, что не получилось. Дальше не помню. Туннеля не было.

Очнулась я уже на полу, мокрая, в неглиже (плачет девушка в автомате), ноги на ванну задраны, и муж, как пони, бегает по кругу.
- Вот ты, - говорит, - даешь! У тебя сейчас губы посинели, глаза закатились, и руки болтались, как у пугала.
Блин, думаю, вот она, наилучшая поза для брачной ночи!
- Ты, - дополняет, - что-то сказать пыталась, но получалось только такое мыча.. То есть, я ничего не разобрал.
И глаза бегают в разные стороны. Точно обдумывает, как бы ему к теще домой залезть и ктубу, которая брачный договор, своровать. И сжечь ее нафиг.

- Нет, - сказал муж после краткого размышления.
Я тихо обрадовалась. Раздумал!
- Нет, в приемный покой мы не поедем. Сейчас ты пойдешь отдыхать, я приготовлю тебе чай, завтрак закажем в номер, а завтра с утра ты пойдешь к своему лечащему врачу. Ни фига себе, какие сказочки! Ты же мне нужна здоровой!

И, знаете, мне стало так хорошо. И я решила – ни к чему нам брачные ночи. У нас теперь вся жизнь - будет брачной! ))

Минетчица
 

Русские писатели всегда восхищались русскими женщинами. И у каждого была на то своя причина.

Когда я знакомлюсь с женщиной, то, глядя ей с доброй улыбкой в глаза, я всегда почему-то думаю о том, хорошо ли она делает минет. А, собственно, почему я должен думать о чем-то другом? Какое мне дело до ее трудов и дней? Ведь минет – это и есть основное жизненное назначение женщины, выражение ее вечной женственности, природных даров и умственных способностей. И если она не догадывается об этом или яростно отрицает подобное предположение, значит, она не умеет делать минет или же делает его бездарно, бесчувственным ртом. Бог с ней: она создана для каких-то побочных занятий, мелких тем, холодного музицирования.

История минета имеет глубокие библейские корни. Китайские археологи установили, что Ева регулярно делала минет Адаму, но их выгнали из рая не за это: Ева позарилась и на Сатану, чтобы лучше понять разницу между ним и человеком, однако особой разницы не обнаружила. В античной Греции минет был одной из олимпийских дисциплин, не менее популярным видом соревнований, чем сегодняшнее парное катание на льду. В Средние века, по свидетельству Монтеня, мужчинам прописывали минет для лечения воспаления легких и, как ни странно, ангины. Инквизиция использовала минет как средство для выявления ведьм. Тех женщин, кто делал минет искусно, инквизиторы оставляли при себе, предварительно сняв с них тяжкие обвинения, и не сжигали до тех пор, пока они им не надоедали. Великий японский поэт Мацуо Басё (1644–1694) призывал куртизанок не уронить «ни одной росинки», когда они делают ему минет. В России минет вошел в моду в Смутное время. Его охотно применяли для повышения патриотизма и бойцовских качеств в борьбе с поляками, однако в крестьянском сословии он был запрещен из гигиенических соображений. В Советском Союзе минет, как и смерть, считался марксистской философией противоречием в себе, хотя именно здесь он приобрел поистине общенародный размах.

Сегодня, когда минет стал одним из основных родов человеческой деятельности, выяснилось, что русские женщины нередко делают его задушевно, опережая в этом искусстве большинство иностранок. Вот почему русский минет можно рассматривать как форму национальной идеи, которую уже взяли на вооружение наши силовые ведомства и Министерство культуры.

Когда входишь в плотную тусовочную среду, полную очень похожих друг на друга молодых женщин, хотя они сами себя считают неповторимыми, надо помнить о том, что ни приоткрытый рот, ни пухлые губы, ни слегка вываливающийся язык еще не являются признаками минетного совершенства. Минетчицу выдают скромные бесстыжие глаза.

Я отнюдь не хочу сказать, что та, которая набрасывается на меня, как безумная, с чавканьем и урчанием, готовая кусать и откусывать, как бешеная собака, достойна высокого звания минетчицы. Однако равнодушным и вялым тоже лучше отойти в сторону. Взять в рот – это еще не минет. Сосать – это еще не интрига. Извиваться по-змеиному не обязательно. Последнее дело – вгрызаться в физиологию. Механический ритм не надобно путать с владением языком. Хорохориться и кудахтать – до свидания! Учебников нет, но кто-то верно заметил о глубокой глотке. Минет – это игры с огнем. Минет – это умение владеть оружием. Держи ствол! Но научатся только те, кто уже изначально умеет. И споткнутся те, кто считает минет ремеслом. Не стоит стараться – прилежание не поможет. Профессионалка минета похожа на многостаночницу: ударный труд украшает не женщину, а доску почета. Не нужно мне красных вымпелов – на жизненном конкурсе минетчиц, после отборов и сладких голосований, побеждает пьянящая страсть. Кто ласково жрет любовь – та и жрица любви. Минетчица – это как Новый год! Взяв бутылку шампанского в руки, стреляй в потолок и пей из горла до дна, а потом повернись к нам и облизнись по-хорошему.

Не много историй
 

РЕАЛЬНОЕ ПИСЬМО В "БИЛАЙН"

Уважаемая компания Beeline, у меня нервы просто не выдерживают тех частых посыланий извиняюсь, на х$й, которые неустанно повторяют мне специалисты из колл-центра. Иногда меня переключают на техконсалт, что по моему мнению, еще хуже.
Вот в чем суть моей проблемы - у меня просто ох$евертительный телефон, а из-за технических проблем компании Beeline я никуда не могу позвонить. В том, что с телефоном все в порядке - это очевидно, поскольку я сам собрал его по схеме, скачанной с интернета.
Единственная проблема состоит в том, что я не смог купить конденсаторы на 0.35 пикофарад, которые используются в выходной цепи телефона, а поставил конденсаторы на 0.33 пикофарада(тоже неплохие, отечественные).
Из-за этого я так подозреваю, что рабочая частота телефона вместо 1800 и 900 мегагерц составляет 1692 и 886 мегагерц соответственно. Поэтому, у меня большая просьба к директору компании Beeline - что бы на передающих вышках немного снизили частоту. (Поскольку частота 900 мегагерц - в принципе, запасная - более разумно снизить именно ее до 886-888 мегагерц) Понимая, что этот процесс займет некоторое время вам более разумно было бы начать с вышек, находящихся в районе метро Павелецкая (я там бываю чаще всего).

***


- Прибрался?
- Угу.
- И полы вытер?
- Вытер, вытер.
- Вижу, что вытер. А раньше спорил всегда со мной.
- Я и до сих пор не вижу смысла елозить тряпкой по полу после моющего пылесоса.
Просто легче вытереть, чем потом наблюдать, как ты моешь абсолютно чистый пол с демонстративно обиженным лицом и видом «Ну давай я, бедная-уставшая и полы вымою раз тебе трудно.».
- А если я такого лица не надую, ты не станешь мыть. Это женская хитрость. Женщина всегда сможет обхитрить мужика.
- Да что ты говоришь?
- И не надо иронизировать. Я же добилась того, что ты сам убираешь квартиру.
- Правильно. Пока ты бегаешь за продуктами на рынок. Потому как на рынок ходить я люблю меньше, чем пылесосить 50 квадратов.
- И пол протереть! Я приучила тебя. Обиженным видом и прочими хитростями я добилась того, что ты убираешь квартиру и протираешь полы, несмотря на то, что считаешь это бесполезным. Вот. Помню как ты пытался даже хитрить и говорил, что вытер. А на самом деле пылесосил только. Я же всегда вижу – протер ты или нет. Женщину не проведешь. - Эт точно. Я например не вижу разницы.. Что после пылесоса, что после тряпки – по-моему одинаково чисто.
- Ну что ты. Разница очевидна. Так что и не пытайся даже. Я сразу увижу.
- Признайся – в чем разница, а?
- Пыль остается – ее видно.
- Ну не знаю. Может у вас глаза по другому устроены...
- Вот-вот.
«Хихихи...Подумаешь, хитрость. » - думала она про себя – «В общем коридоре половая тряпка если сухая – значит полы не мыл.»
«Интересно, что будет, когда она узнает, что я, уже второй месяц, после уборки, просто мочу тряпку и кладу ее на место?» - думал он.



***

Лечу Аэрофлотом на самолете А 310. До сих пор не знаю, кто его произвёл на свет божий. Снаружи вроде импортный, а внутри совок-совком: салон обглоданный, кресла разболтаны, откидные столики, черт бы их побрал, все, как на подбор, кривые (это, правда, выяснилось потом). Но самолет большой, аэробус! С рядом кресел посередине.
Сажусь в креслице, настроение прекрасное, взлет, набор высоты и вот уже ходят милые стюардессы с напитками. Одна из них подкатывает ко мне:
- Что будете пить?
- Томатный сок, пожалуйста.
Наливает сок и ставит на откидной столик. Я не успеваю моргнуть глазом, как этот гребанный стаканчик с соком падает и выливается прямо на мои новые, одетые в первый раз, брюки!
Что бы вы подумали говорит эта милая девушка? Ни за что не догадаетесь!
- Может, хотите еще один томатный сок?

Я убью тебя, папочка!
 

-Забери сыр.
-Не нужен мне сыр, - я пришла в гости к своему папочке, чтобы принять под опеку квартиру на время его отсутствия. Отец уезжал на три недели в командировку и теперь пытался перегрузить содержимое холодильника в мою сумку.
-Посмотри, какой кусочек, натуральный пармезан. Вот здесь отрежешь и можно потереть в макароны, - папа постучал плесневелым куском Костромского сыра об стол.
-Я не ем макароны, сколько раз тебе говорить.
-Вот и хорошо, съешь его с чаем.
Я вздохнула и бросила сыр в сумку.
-Вот половина кабачка и две морковки.
-Папа, мне не нужна морковка, и кабачок не нужен.
-Как это кабачок не нужен? - изумился папа, - ты же ешь овощи? А это почти новый кабачок, я его два дня назад купил.
Я снова вздохнула:
-Давай сюда свой кабачок, - и в сумку улегся вялый овощ, прикрывшись сверху морковками.
-Не привередничай, меня три недели не будет дома, что ж такому богатству пропадать. Если бы я предложил икру, думаю, ты бы не сильно привередничала.
-К чему пустые разговоры? Предложи мне икру.
Папа загрустил:
-Икру я съел, - и малодушно поменял он тему, - а вот пакет с кефиром.
-Папа! Пакет же открытый, куда ты его сунул!? Там моя косметика!
-Ничего страшного, высушишь. А зачем ты в продуктовой сумке таскаешь косметику?
-До сегодняшнего дня, она не была продуктовой, - я расстроилась и принялась вынимать из сумки свои вещи. Большая часть кефира уже вылилась и безнадежно испачкала содержимое.
-Кости отдашь собаке.
-У меня нет собаки! - я отчаянно пыталась спасти то, на чем еще не было кефирных разводов.
-Во дворе возле помойки найдешь Шарика, только смотри, чтобы других собак рядом не было. Если будут, отгони, они Шарика обижают. И не перепутай его с Джеком, они одного помета, но у Джека лицо более наглое. И лук я тебе кладу, видишь, половинка осталась, немножко подвяла, его лучше сегодня съесть.
-Я убью, тебя папочка.

-Да, дочь и должна любить своего отца, - не слушал меня папа, - давай-ка свои причиндалы, я сложу их в пакет, а сумку вымою, потом заберешь. Продукты положим в другой пакет.
-Папа, а это что такое, - я достала холодильника пакетик с белесыми, похожими на крупный рис зернами.
-Это опарыши.
-Что?!
-Ну, личинки, из которых мухи вылупляются, для рыбалки. Тебе они нужны?
Я вздрогнула, пакетик выпал из рук и отлетел под стол.
-А зачем хватала тогда? - ворчал папа из-под стола, доставая своих личинок, - я их лучше соседу отдам.
Я вымыла руки и стала осторожно выгребать из холодильника другой сверток:
-А это что?
-Не знаю, - удивился папа, - пахнет.
-Не пахнет, а воняет. У тебя не было в холодильнике Рокфора?
-Кого?
-Значит, не было, - и пакет с таинственным содержимым отправился в помойку.
-А вот бублик! - папа показал мне хлебное колечко, слегка присыпанное маком, и внезапно засмущался,- ты не думай, он не надкусанный, это я отломил кусочек, когда он мягкий был. Положишь его на сковородку, разогреешь, а потом с маслицем съешь вместе с кофе. Вкууусно! - и он закатил глаза, и как ему показалось, незаметно, сунул бублик в пакет.
Потом он так же незаметно засунул в пакет престарелую краюху, пяток позеленевших картофелин и даже попытался перелить в пивную бутылку старую заварку,

Наконец мы расцеловались, в коридоре, я подхватила пакет и на цыпочках прокралась на пол-этажа выше. Там открыла мусоропровод и, отвернувшись, чтобы не вдыхать зловонные испарения, запихнула пакет в железную трубу. В мусороприемнике загремело, пакет лопнул и с грохотом обрушился вниз своим содержимым.

Вдруг в замке нашей двери повернулся ключ, и папочка вышел на площадку.
-Ты чего там делаешь? Заблудилась? Хорошо, что еще не ушла, ты забыла пакет с продуктами. А косметику свою взяла?

Да, мы - козлы ...
 

В последнее время все чаще на глаза попадаются тексты с откровениями жен. Дескать, как им тяжело, они, бедные, пашут на работе, а потом еще и дома. А мужья их, сволочи такие, ни хрена не хотят сделать, чтобы хоть как-то помочь выбивающейся из сил жене. И что самое страшное, не только я эти тексты читаю. Их также читают малолетки, которые жизни не нюхали. Читают и ох...: «ах как же действительно тяжела женская доля!» А почему? А потому что от мужиков таких текстов нет. Никто, например, не пишет, как зае... на работе, как непросто складываются отношения с начальством.
Да что там не пишет – далеко не каждая супруга в курсе, насколько тяжело ее мужу порой просто удержаться на занимаемой должности. Ведь с женщин на работе спрос горааааааздо меньше, нежели с мужчин. Женщину порой могут и пожалеть, на мелкие нарушения в виде опозданий или отказа задержаться по «производственной необходимости» (читай: «чтобы директор смог еще больше набить свою и без того толстую мошну») могут посмотреть сквозь пальцы, хамство могут списать на ПМС и т.д. и т.п.
С мужиками все иначе, ибо каждый руководитель всерьез убежден: работник должен думать и помнить о том, что ему (руководителю) надо набить мошну днем и ночью. Директор считает себя вправе вызвать к себе сотрудника не близко расположенного филиала (разумеется, после работы, а то вдруг хоть 5 минут не досидит, сука!) только за тем, что бы сказать ему размытую фразу типа «надо как-то сдвинуть дело с мертвой точки», .... Как будто телефона на подобную ... недостаточно.

Или директор вдруг может по своему усмотрению поменять правила игры во время игры: например, шел ты работать на одни условия (зарплата, обязанности, соцпакет), а на деле получаешь ... с маслом – реальная зарплата ниже, с процентами проносят, соцпакет ваще по ..., обязанности могут менять в процессе работы столько раз, сколько посчитают нужным. Я уж молчу про то, что КЗОТ у нас вообще нигде не соблюдается. А начальству похуй – ты ОБЯЗАН этой работой ЖИТЬ – и ....
А ты уже готов вновь все бросить, чтобы вновь начать все сначала в другом месте, но прекрасно знаешь по собственному опыту, что на поиски мало-мальски приличной работы уходит не неделя, и часто даже не месяц. А между тем семья хочет заглянуть в холодильник каждый день. Ребенку ведь не объяснишь, мол, извини, папу в очередной раз нае..., так что кушать ближайший месяц нечего, и еще переведем тебя пока что в другой детсад/школу/колледж, где платить надо копеечную госпошлину. Ребенок ведь ни в чем не виноват. Это взрослый может потерпеть. И терпит…
Терпит не только вые... начальства, терпит пилящую без конца жену, которая возмущается по любому поводу и без оного. Как же, ведь она ТОЖЕ работает! А еще она отводит по средам ребенка в бассейн! А еще моет посуду! А еще стирает! Ах...! А тут такой весь из себя приходит и на диван – типа «я устал»! Сука! К ногтю, б...! Насрать, что из тебя на работе всю душу вытрясли – ведь есть ... обстоятельство: ОНА ТОЖЕ работает! Насрать, что ты в прошлом году все свои летние выходные и отпуск потратил на ремонт вашей квартиры, который был, кстати, по ее прихоти. Насрать, что ты проторчал три с половиной часа в пробке по дороге домой – это твои проблемы, езди на метро, там пробок нет. Ну и вообще НАСРАТЬ ей. На тебя.
Потому что ты уже давно не любимый человек, ты перестал им быть, когда у тебя начались первые проблемы. А может, ты им никогда и не был? Теперь уже это неважно. Ты – не он. И зачем она за тебя замуж вышла? Ведь говорили же подруги! Да и мать ее тоже свою долю нашептываний произвела на свет в свое время. Эх, надо было ей послушаться, жила бы сейчас припеваючи… Расцвела бы просто, б..., без тебя-то.
И потом она идет к компьютеру и начинает строчить очередной пакостный текст про то, какой ты у нее мудак, и как давно она хочет от тебя уйти, и ведь ушла бы, если б не ребенок.
А тебе уже не хочется ей помогать. Тебе уже не хочется улыбаться нуворишу-начальнику. Ты уже из принципа не идешь проверить уроки у детей. Раз ты плохой, то сейчас ты им всем покажешь, НАСКОЛЬКО плох ты можешь быть. Хотя тебе и этого тоже не хочется. Как, впрочем, и искать новую работу. В тебе осталось сил только на то, чтобы развалиться с бутылкой пива на диване и бездумно уставиться в мелькающую картинку на экране телевизора. Ты оживляешься лишь когда видишь там красивую полуодетую женщину. Тайком бросаешь взгляд на располневшую и подурневшую в последнее время жену, и все проснувшееся было в твоем естестве, тает как снег на теплом капоте твоей машине, сиротливо приткнувшейся во дворе под окном…
И ты готов волком выть на луну, готов выбежать на улицу прямо так, в чем есть, сесть за руль, и ехать, ехать, ехать… Все равно куда. Лишь бы подальше. Но вместо этого ты пускаешь сигаретный дым в форточку в подъезде и тихонько звонишь с мобильника другу детства Ваське.
- Але? А Василия будьте добры… Как умер??? Инфаркт? Когда? Два года?? Извините…
Ты стоишь и куришь, и давишь слезы. Мужчины ведь не плачут. Им не положено.
- Але? Колян? Слушай, я тут Ваське позвонил, а он умер… Слышь, может встретимся завтра после работы? Пивка попьем. Помянем… Да ну ее на .... Я решил, я, наверное, разведусь. Да зае.. все. Ну завтра расскажу. Не можешь? Ну тогда мож послезавтра? А в субботу? На дачу? Дачник х...! Но как-нибудь все равно надо. Ну давай, созвонимся.
Ты выкуриваешь еще сигарету и возвращаешься в квартиру. Ты ничего ей не рассказываешь. У тебя даже мысли не возникает, чтобы рассказать ей, как ты одинок. Она уже выключила комп и легла. А у тебя не стоит. Ты идешь в ванную и вместо улыбающегося мальчишки видишь в зеркале чужое лицо взрослого мужика с тяжелыми морщинами на лбу и легкой проседью в волосах. Твой друг детства умер два года назад от инфаркта. Наверное, ему, как и тебе, тоже жилось несладко.
И ты с размаху бьешь в зеркало кулаком. Потом еще раз и еще. Не обращая внимания на кровь.:00:

Нарушение правил (жесть)
 

У нее было счастливое детство, ее игрушки никогда не были приклеены к полу, а под подоконниками лежали мягкие подушки, чтобы она могла упасть и не удариться больно об пол. Ее попку нежно вытирала няня в детстве, когда девочка писалась или какалась в подгузники, специально привозимые из-за границы. Куклы у нее были всегда самые новые, заграничные. Все у нее было хорошо, училась на одни пятерки, поступила в крутой институт, папа купил ей машину, хоть и не очень дорогую, но все равно за тридцать тысяч долларов.
И тут у девочки случилась непрятность.
-Вот ваша скорость, сто тридцать семь километров в час, вот время, прошедшее со времени замера скорости. Ваше водительское удостоверение, документы на машину и пройдите пожалуйста в машину к инспектору.
Девочке еще ни разу не доводилось общаться с обычным пролетариатом на улице, к тому же она много раз слышала, что милиционеры на самом деле бандиты, испугалась и уехала, оставив на месте преступления все документы.
Миллиционеры не растерялись, сообщили по рации о нарушительнице. естественно, ее сразу же поймали. Вот вроде бы и достойный конец истории со штрафами и лишением девушки разрешения на вождение автомобиля на пару лет, но это было бы весьма и весьма банально.
Девочку вытащили из машины, запихнули в шестерку и увезли в отделение, где надели ей на голову мешок и изнасиловали все, кто хотел. Это за то, что она правила нарушает.

Естественно, мешок одели ей, чтобы она никого не увидела, а народу было как-то все равно на ее голову, ибо тело было отличным. Они довольствовались ее узенькими дырочками, а она лишь тихонько стонала, ибо кляп во рту мешал ей кричать.
-За что ее так?
-Да скорость привысила на семьдесят с чем-то километров, ставила документы и съеьалась. Вот поймали ее, привезли.
Начальник отделения был в курсе того, что иногда тут такое происходило с самыми красивыми нарушительницами закона, но в этот раз и сам решил принять участие. Девушка же задрожала еще сильнее, услышав знакомый голос.
Отпустили ее довольно быстро, отвезли к ее машине, пересадили в нее, сказали не снимать мешок несколько минут, да она бы и не успела его снять сразу, узлы были тугие.
-Никому не рассказывай, а то хуже будет, - сказал голос напоследок.
А девочка сняла с головы мешок, вытащила изо рта кляп и долго-долго плакала. То ли и-за того, что ее изнасиловали, то ли из-за того, что у последнего человека, кто ее насиловал, был голос ее родного отца, милого и доброго старшего офицера милиции, начальника районного отделения милиции.В этот день ее иллюзии разрушились.

Ангел-хранитель
 

В субботу в 8 утра его разбудил телефонный звонок.
-Серый, давай быстрее приезжай. Тут в офис упыри из налоговой ломятся.
Грозятся ОМОН вызвать, если сейчас им кабинет не откроем.

Серега быстро впрыгнул в штаны, ополоснул лицо струей холодной воды и выскочил во двор. "Десятка" завелась сразу, и Серега, не дав мотору прогреться, надавил педаль газа. Путь от дома до офиса он знал наизусть, в буднии дни дорога занимала минут 50, но сегодня суббота, и Серега надеялся доехать минут за 15... Зазвонил мобильный: "Серый, ну ты где? Я их больше сдерживать не могу!" "Еду я, еду. Скажи, через 10 минут буду!" Отключая трубку и бросая ее на пассажирское сиденье, Сергей увидел разрешающий сигнал сфетофора и придавил газ, в надежде попасть в "зеленую волну" к следующему перекрестку...

Он даже не понял, что это было... Мелькнувшая тень слева, визг тормозов и сильный удар. Лобовое стекло Серегиной "десятки" вылетело и мелкими кусочками рассыпалось по салону, впиваясь острыми осколками в лицо. Руль ударил в грудь, а голову мотнуло так, что она чуть не оторвалась. На секунду он потерял сознание. Когда открыл глаза, то увидел финальную картину своей аварии. "Шестерка" которой он на скорости за 80 ударил в бок, крутясь отскочила к тротуару и намоталась на фонарный столб...

"Мля, но ведь у меня был зеленый!" - подумал Сергей и попытался открыть дверь. Со второго раза дверь поддалась, и на негнущихся ногах Сергей вышел из машины. Кроме того, что он ехал на "зеленый" никаких мыслей в голове не было. Автоматически прикрывая водительскую дверцу за собой, Сергей с удивлением увидел как из его машины пытается вылезти человек в помятом белом костюме.
-Эээ. Мужик, ты как здесь? Ты цел? - Сергей подумал, что может, он еще и мужика сбил, тот ввалился к нему через лобовое, а теперь пытается вылезти.
-Мужик - это ты, - сказал белый костюм, отряхиваясь, - а я Ангел-хранитель.
-Че? Какой ангел? Мужик, ты не волнуйся. Сейчас "скорую" вызову...
-Подожди, Сергей, не все так просто. Оглянись вокруг.
Сергей посмотрел. Вокруг была знакомая московская улица. Правда на перекрестке стояла его разбитая "десятка", а на столбе висела искареженная "шестерка". Если б не авария, то можно сказать, что ничего необычного вокруг не было... Кроме одного: на улице не было ни единого движения и не слышно никаких звуков. Машины, двигавшиеся секунду назад замерли, водители в них с удивлением смотрели на аварию, а редкие пешеходы на тротуарах застыли, будто играя в "Замри".
-Что за фигня? Это меня так стукнуло или я уже умер? А может, мне вообще это снится? - мысли понеслись скачками, а по спине заструился холодный пот.
-К сожалению не снится. - сказал Ангел. - Ты, Серег, попал. И попал по-настоящему... Ты умер... Ну, почти - почему-то замялся белый костюм.- Я вообще-то еле успел между тобой и рулем впрыгнуть, а то мы бы уже не разговаривали. Ты ж никогда не пристегиваешься, - продолжил Анегл, и как показалось Сергею, в сторону тихо добавил "долбоеп"...
В голове у Серого совсем помутилось. Мозг никак не мог заставить мышцы рта произнести хоть слово, а в голове только и крутилось: "Зеленый. Я ехал на зеленый свет"... а Ангел продолжал:
-Вас таких идиотов знаешь сколько по Москве? То-то! Все вам кажется, что именно с вами ничего не случится. А нас, ангелов, всего десяток на весь мегаполис. Вот и крутимся как белки в колесе. А тут еще этот светофор второй день починить не могут.
"Зеленый, я ехал на зеленый!" - пульсировало в голове
-Да знаю я, что у тебя "зеленый" был. - с досадой бросил Ангел. - У аппонента твоего тоже "зеленый"! - он кивнул в сторону "шестерки" -Тут везде со всех сторон "зеленый"! - И уже мягче добавил: -Ладно, Серег, ты не парься. Присядь, вот можешь прям на асфальт. Сейчас я тебе постараюсь объяснить.
Сергей уселся на асфальт прямо посередине перекрестка и глупо крутил головой, ничего не понимая.
Ангел продолжил:
-Вобщем, Серега, ты умер. Нет, ты почти умер. Врубаешься? Это "почти" дает тебе шанс, но не знаю, воспользуешься ты им или нет. Вернее, у тебя даже есть не шанс, а выбор. Разницу между "шанс" и "выбор" улавливаешь?
Сергей тупо кивнул, хотя не то что разницу, он вообще с трудом понимал, о чем говорит Ангел.
-Эй! Приди уже в себя! Мужик ты или нет? А то сейчас Черные примчатся и времени на выбор тебе уже не останется.
-Какие Черные?
-А, ну да! Извини. Это только в твоем сознании они пока Черные, так же как я Белый. Это ты нас видишь так. Вот помрешь окончательно, будешь отличать ангелов-спасителей от ангелов-смерти, а пока пользуйся цветовой дифференциацией, ОК?
"ОК" в устах Ангела прозвучало как-то не подобающе ситуации, и Сергей начал понемногу приходить в себя.
-Ну-ка, еще раз мне расскажи, ты - Ангел?
-Ангел, Ангел - облегченно вздохнул Ангел.
-Ага... А я Анжела Девис, - в глазах Сереги появились нехорошие искорки, - мужик, скажи, кто из нас рехнулся? Или...? - Серегу вдруг осенило, - да это ж я рехнулся, а ты санитар в психушке, так?! - почти обрадованно вскрикнул он.
Ангел тяжело вздохнул:
-Нет. Еще раз посмотри вокруг.
Сергей обвел взглядом улицу. Ничего не изменилось: машины стояли, люди на тротуарах играли в "Замри". Только к намотанной на столб "шестерке" подходили трое в Черном.
-Вот. За ним уже пришли.- сказал Ангел.
-Он умер? - спросил Сергей, начиная слабо соображать.
-Умер, умер... - тихо сказал Ангел.
-И куда его теперь? В ад?
-Вот же вы какие людишки! - вскричал ангел, - ну почему сразу в ад-то? Откуда у вас вообще представление об аде? Да и нет никакого ада! Слышишь, не-ет! А этот... дык, наверное, на реинкарнацию его отправят. Он положенных очков точно не набрал. Много за ним, как вы это называете, грешков. Да и сейчас он за рулем пьяный сидел. Скорее всего точно - реинкарнация!
-А когда я умру меня тоже на реинкарнацию?
-Гм... - ангел задумался. - с тобой сложнее. Ты чуть-чуть не добрал нужных очков, после которых на реинкарнацию не отправляют, а производят в ангелы... В ангелы-хранители, например... Но я надеюсь, что если ты умрешь сейчас, твои очки увеличатся, и ты точно сможешь избежать реинкарнации. Хотя, это по желанию. - с улыбкой добавил Ангел.
-Как это ты "надеешься"? - не понял Сергей, - ты ж мой ангел-хранитель, ты меня охранять должен, а не надеяться, что я сейчас умру!
-Во-первых, кто тебе сказал, что я ТВОЙ ангел-хранитель? Не, ну конечно, я и тебя защищать должен был, но... короче, сегодня я не твой. А во-вторых, ты умер, умер! Я просто взял тебя на 5 минут, чтобы поговорить. Должен признаться, что есть у меня возможность все исправить. То есть, сделать так, чтобы аварии не случилось. Ну, могу, например, в последний момент колесо тебе проколоть, тогда ты просто кувыркнешься в соседний ряд, а там машин нет - наверное жив останешься. А этот ас на "шестерке" пролетит мимо... Кстати, тоже жив останется, но очки его жизни ой как упадут.
Сергей внимательно выслушал Ангела. Он уже понял, что все происходящее не сон и не бред.
-Ну и чего ты тогда стоишь? Давай, прокалывай колесо. Пусть я лучше машину разобью, но ведь жив останусь.
-Серег, а оно тебе надо - жить остаться? - задушевно спросил Ангел. - Тебе ж уже 32 года, ты прожил четыре восьмилетних цикла. Дом маме на даче построил, дерево там же посадил. Сынишка, которого ты кстати, уже три месяца не навещал, живет с мамой - женой твоей бывшей. Хороший пацан, правильный! Скоро у него новый папа будет. Знаешь, небось, что Наташа опять замуж собралась?
-Да знаю... и жениха ее знаю - промямлил Сергей, - пусть женятся. А что сына давно не видел, так сам понимаешь: работа, закрутился-забегался...
-Вот-вот. Все вы крутитесь-вертитесь, а жить-то когда? Да и зачем?
-Ну ты мне только морали сейчас не читай! И без твоих нравоучений хреново...
-Да, действительно. Некогда сейчас в философию вдаваться. Я тебе потом все растолкую. Так что ты решил?
-В каком смысле, что решил, - не понял Сергей. - Насчет аварии? Жить хочу, конечно!
Ангел насупился.
-Ты пойми, я тоже хочу, чтоб ты жив остался, но тут такое дело... посмотри вокруг внимательно. Только внимательно посмотри!
Сергей опять начал оглядываться вокруг. Люди, как фигурки в музее восковых фигур оставались на своем месте.
-А что я увидеть-то должен?
-Эх, - вздохнул анегел, - я надеялся, что ты сам все поймешь. Смотри вот туда, - и ангел указал рукой в направлении, куда по идее должна была проехать подбитая Сергеем "шестерка". Там на пешеходной "зебре" застыла девушка лет 25, толкающая перед собой детскую коляску.
-И что? - еще не до конца сообразив, спросил Сергей.
-Тьфу ты! - не сдержался Ангел. - я сегодня ЕЕ ангел-хранитель. Понял?
-Понял, - обреченно кивнул Сергей.
-Ну а раз понял, то тебе по вашим понятиям 5 минут на размышления. А я пока на Энтузиастов сгоняю, там на дороге люк открытый. - сказал Ангел и растворился в воздухе.
А Сергей остался сидеть на мостовой...

Укращение страптивой
 

Действующие лица:

ЛМ (Ласковый Мирзавец) - мужчина ср. лет, ср. телосложения, падонак.

ДБ (Девачко-Блондинка) - 23 года, хорошая фигура и внешность, из приличной семьи, случившиеся в жизни мужчины - сплошь "папики", носящие ее на руках и сдувающие пыль с ее ног; для разнообразия познакомилась с ЛМ.

От автора: написать современную пьесу достаточно просто, на самом деле нужно только зафиксировать разговоры по мобильному: Главное - выбрать с кем и когда.

17.30 (Центр).

- ЛМ: "Алло, привет, какие планы на вечер?"

- ДБ: "Пока никаких, а что?"

- ЛМ: "Приглашают на шашлык, недалеко тут, поедешь?"

- ДБ "Супер! Поеду, а во сколько?"

- ЛМ "21.00 надо быть на месте"

- ДБ "ОК, я после восьми буду на набережной, созвонимся"

20.25 (Центр)

- ЛМ: "Ты на набережной?"

- ДБ: "Да! Немножко занята!"

- ЛМ: "В смысле?!"

- ДБ: "Подружку встретила, зашли в кафе поболтать, перезвони минут через десять!"

20.41 (Центр)

- ЛМ: "Алло, ну что?"

- ДБ: "Все, сейчас едем, мы тут с Викой кофе пьем, заезжай за нами!"

- ЛМ: "В смысле "за нами"?"

- ДБ: "Ну, подбросим ее до дома, а то она на Чуркине живет: Ой, мы тут еще десерт заказали: Ты минут через пятнадцать подъезжай лучше, ОК?!"

- ЛМ: "ОК" (едет домой)

20.52 (Первая речка, ЛМ ставит машину на стоянку, пересаживается в машину друга, едет загород)

- ДБ: "Алло, ты нас ждешь?"

- ЛМ: "Конечно"

- ДБ: "Мы еще немного посидим, ликер заказали: Мы же с Викой неделю не виделись!"

- ЛМ: "Да без проблем"

21.55 (Седанка, ЛМ изрядно выпил, собирается делать шашлык)

- ДБ: "Привет! А тут классно! Мы еще ликерчика заказали: ик: Только дорогой он тут:"

- ЛМ: "Не беспокойся, я за вас заплачу, не стесняйтесь"

- ДБ: "Ну, мы тогда еще и десерт повторим?"

- ЛМ: "Ну, конечно, я пока в машине подожду:"

22.35 (Седанка, ЛМ кушает шашлык и флиртует с девушками)

- ДБ: "Алло! Мы тут Наташку повстречали, она со своим парнем, мы их на Нейбута отвезем?"

-ЛМ: "Конечно отвезем: Угости, их, кстати тоже ликером:"

(Сдавленно ржет)

23.25 (Седанка, все уже в курсе, телефон ЛМ включен на "громкую"

- ДБ: "Ну, мы уже готовы ехать: Ждем тебя"

- ЛМ: "Да, сейчас подъеду: На сколько там счет?"

- ДБ: "Пять восемьсот"

-ЛМ: "Без проблем, ждите"

(Дает отбой, так как народ ржет вповалку)

23.50 (Седанка, люди пьют и танцуют)

- ДБ: "Алло! Ну ты где?!"

- ЛМ: "Да, друга тут встретил, надо поговорить.. Перезвони минут через десять" (Успокаивает бьющуюся в истерике компанию).

00.01 (Седанка, все внимательно смотрят на телефон ЛМ)

- ДБ: "Ну и где ты, тут уже все официанты собрались!!"

- ЛМ: "Ой, извини, я уже сегодня не подъеду, нам с приятелем нужно срочно выгулять его собачку: А она аж на Тихой:Пока! Спокойной ночи, чмоки!"

(Телефон отключается, ЛМ тщетно пытается ловить падающих под стол от смеха друзей) :01:

Мемуары убогого
 

-Светка!!! Светка, бл*ть!
-Сергей Палыч, ну есть же селектор, вон красненькая кнопочка…
-Х*епочка! Как пишется, «мелион» или «милеон»? Варежку закрой, я, че , невнятно вопрос задаю?
-Миллион…вы бы надиктовали, я б набрала по- быстрому…
-По быстрому ты будешь х*й сосать по безработице, все, бля, свободна!

Сергей Палыч Убогий задумчиво теребил вспотевшую лысину стодолларовым маникюром.
-Не, ну нормально, «как я заработал первый миллион». В натуре, авторитетное название, ежику, бля, понятно, что раз есть первый, значицца есть и третий, живет такой сытый перец, стригет нормальный ловандос, все чики-пуки…
Сергей Палыч третий день сочинял мемуары. Контора стояла на ушах. В приемной чуть ли не ночевали заезжие ходоки, но «Сам» не принимал. Менеджеры трусливо прятались за мониторами, директорат предусмотрительно свалил по регионам: настроение офиса было сравнимо с токсикозом ранних сроков беременности. Об увольнении задумывались даже уборщицы. Все разговоры шли шепотом без кофе и печенья. Штормило…

Сергей Палыч никогда ничего не писал. Он подписывал платежки и до сих пор этого было достаточно. Но однажды, после бессонной ночи в сауне, с легкого утреннего бодунца , он задумался о смысле жизни: Что, бля, я оставлю после себя? Кроме оффшоров? Банкиров, вон, лузгают, как семечки, опять же я не вечный, раньше не знал что такое отходняк, а теперь целый день херово. Убогий безуспешно попытался втянуть крепкий пивной животик, но ничего не вышло, стало скучно, срочно захотелось похмелиться. В боку покалывала многострадальная печень, моля о пощаде. Вот так Палычем завладела идея фикс: самому написать мемуары, дабы повысить общественный статус и оставить жирный след в истории родной литературы.
- Вы еще на курсах бухгалтеров меня изучать будете.- пробормотал Убогий и уверенно принялся калякать тяжеленным «Монбланом».
«Я фсигда хател быдь мелианерам. Радился я ф диревне, хадил пишком ф школу за 10 киламетраф, и училса толька на питерки и другие харошые атметки. Мама мая была жэншчина а папа трактарист. Исчо в нашэй симъе инагда были две свиньи, а карова Машка давала фкуснае малако, всигда.
Вся наша симъя Убогих давала мине деньги па прасдникам штобы я пабыстрей стал милеанерам. У миня была сабачка Жужэчка чорненькая я ие отчень любил и маму с папай тоже.
Патом я вырас и распилил с банкирами кредит пад падставнуйу фирму и заработал свой первый мелеонн.
Сирожа Убогий".
-Ну как , Светка?- уже в обед Сергей Палыч вынес свой труд на обсуждение секретаря-референта и просто родной души, Светочки. По- моему , коротковато… но , блин , в голову больше ничего не лезет. Давай- давай , не стесняйся, посоветуй что-нибудь!
-Сергей Палыч! Я вам никогда не врала и теперь не буду!
-????-нахмурился шеф.
-Вещь гениальная, чувствуется что автор многое пережил на пути к своей светлой цели…
-Во-Во!- продолжай, подруга!
- Особенно удались описания сельского быта, любовь человека к животным, это эссе можно смело сравнивать с ранним Джеком Лондоном или поздним Паустовским.
-Это все понятно! Про недостатки давай.
-А их нет!
-Да ладно, и на солнце, как говорится, есть родинки…
-Коротковато, Сергей Палыч,- жалобно пискнула Светлана. И над стилем чуть бы поработать… Вы бы позвали этого по связям с общественностью…
-Шнеерзона?
-Да , Бориса Аркадьича.-почему-то залилась румянцем Светочка.
-А что ! Это мысль! Хватит даром мой хлеб жрать. Зови!

*****
Борис Аркадьич Шнеерзон, вальяжно откинувшись на кресле для посетителей, сосредоточенно изучал сиротливый листок бумаги.
-Название хорошее… Вы , Сергей Палыч, как хотите себя позиционировать, как филантропа, или же как куртуазного буржуа-нуво? – слегка грассируя изрек Шнеерзон.
-Я тебе, пидор, щас как переебу стулом! Я тебя не выебываться перед общественностью позвал, а по делу! Пиздантропа он тут нашел! Давай , бери к ебеням мемуары, чтоб завтра подправил… стиль там, блять, подработай. Все! Нахуй с кабинета!
- *****
В восемь утра Борис Аркадьич нахохленным чижиком сиротливо переминался у порога начальственных апартаментов. Под толстыми линзами его очков пряталась вековая печаль гонимого народа и синяки от явного недосыпа. Рука, державшая файлик с бумагой предательски дрожала.
Сергей Палыч, отхлебнув утреннего кофе, сытым котом вперился в беднягу визави.
-Что стал? Перни что-нибудь , Шнеерзон ты наш недорезанный. Принес?
- Да-да, знаетелипришлосьмногопоработатьчтобысохранитьавтрс куюконцепц…Ию
-Читай уже!
« С самого раннего детства у меня была одна цель и одна мечта: стать зажиточным человеком, чтобы вырваться из ужасающей нищеты, окружавшей меня в ту пору…
-?....
-Ниче так…- ободряюще кивнул Сергей Палыч, дуй дальше!
«Тоскливыми зимними вечерами, уныло бредя по сугробам из отдаленной школы, я интуитивно анализировал синергетику социальных дисфункций, что впоследствии привило мне вкус к маркетингу финансовых потоков …и помогало учиться на круглые пятерки.
-Угу…-неопределенно развел пухлыми ручками Убогий.
Шнеерзон, взяв мхатовскую паузу и слегка добавив патетики в ожившую речь, легкомысленно закартавил:
-Бедная, бедная моя мамочка! Нестарая еще женщина – жена пгостого сельского тгуженика. Последние кгохи с небогатого стола отдавала эта святая женщина своему неоперившемуся птенцу.
-Какому птенцу? –промакнул набежавшую слезу Убогий.
-Вам! Неоперившийся птенец- это метафога! Птенец выгастает и пгевгащается в пгекгасного лебедя! Пагдон, огла!
-Ты , Шнеерзон, не волнуйся и картавить перестань, я этого не люблю…
-Хорошо, не буду, Сергей Павлович.
«…наша простая дружная сельская семья находила в себе силы содержать на небогатом подворье мелкую живность в виде двух свиней и крупнорогатый скот в виде коровы Марии, дающей нам ежедневную порцию диетического молока.
-Шнеерзон, ты свинью когда-нибудь видел?
-Ну …теоретически…
- Кореша своего жирного, Кацмана, из отдела логистики помножь надвое- это будет свинья! Хуясе мелкая живность…исправь…
-Будет сделано! Так я продолжу?
«Летели годы нелегких трудовых будней. В редкие пейзанские праздники моя семья радовала меня скромными сувенирами в виде денежных знаков. Огромное нечеловеческое счастье посещало в такие моменты светлую душу Сережи Убогого, я гладил свою чернявую собачку Жу-жу и мечтал, мечтал…о том , как в дальнейшем сложится судьба простого деревенского паренька , как он заматереет и возьмет эту сложную жизнь в свои натруженные руки, жизнь, в которой дружба и талант творят чудеса, распиливают совместные невзгоды , превращая опыт в полновесное житейское золото!
-Да …бля …я всегда подозревал, что могу! Вишь , подправил чуток, стиль… И нихуя не понятно, но красиво… Придешь завтра, вторую главу запиздячим… А? Шнеерзон?
Борис Аркадьич , прислонившись к дверному косяку , спал, чмокая губами и подергиваясь: ему снился кошмар - вторая глава убогих мемуаров.